Торопливо разрывает фольгу, раскатывает латекс, вопросительно смотрит на меня.
— Садись, — хочу видеть ее, трогать ее. Перекидывает ногу, опирается ладонями об грудь, медленно опускается. На секунду зажмуриваю глаза в блаженстве. Это крышесносно, это неповторимо, никогда и ни с кем у меня такого не было.
— Двигайся, — шепчу, наблюдая, как Женя прикусывает губу, осторожно поднимается и опускается, пытается понять, что ей нужно. Обхватываю ладонями ее груди, сжимаю соски, слышу стон. Накрывает мои руки своими ладонями, откидывает голову, убыстряется.
Одной рукой продолжаю мять ее грудь, вторую опускаю на низ живота.
— Давай, детка, кончай, — всматриваюсь в Женю, глаза закрыты, рот приоткрыт, волна удовольствия судорогой проходится по лицу, кончает с громким стоном, прикусывает губу, но я освобождаю ее из плена зубов. Пусть кричит.
Обмякает, подхватываю ее за бедра, едва успевает выставить руки вперед, испуганно распахивает глаза. Я смотрю на подпрыгивающие груди, вгоняя в нее член так глубокого, что она стонет с каждым моим толчком.
Она кончит. Еще раз и для меня.
Укладываю Женю набок, на мгновение вытаскиваю член, чтобы закинуть ее ногу к себе на бедро, открыть доступ к клитору, прижимаюсь грудью к ее спине. Она поворачивает голову, сразу же накидываюсь на ее рот, синхронно трахая ее и языком, и членом.
— Руслан… Боже… О, боже… — шепчет Женька, царапая мое запястье той руки, которая ласкает клитор. Целую куда-то в область виска, пару резких движений и замираю.
Не знаю, что прошептать, прокричать, промолчать, то ли Бога поблагодарить, то ли Аллаху вознести молитву, сильнее сжимаю Женину талию.
— Ты как? — слышу шепот, словно боится нарушить глупым вопросом момент нашего с ней единства.
— Меня нет. Я в нирване.
— Руслан…
— Ммм…
— Это было чудесно. Я никогда не испытывала такого оргазма.
— А испытывала ли ты этот оргазм? — открываю глаза, встречаюсь с голубыми глазами, их синева просто нереальна.
— Наверное, нет. Я кажусь тебе дурочкой?
— Нет, — глажу костяшками ее по лицу. — Просто у тебя неудачный первый опыт.
— Но я не могу сказать, что все так плохо было, — опускает глаза, я пренебрежительно фыркаю.
— Он мудак, Жень. Вот и все, не надо его оправдывать в моих глазах.
— Он все же отец Лизы, это факт.
— Скорей недоразумение, — разговор меня начинает раздражать, потому что я не вижу смысла обсуждать личность ее бывшего мужа. — Я в душ.
