В моём положении было уже неважно, кто и почему предложил помощь. Главное, что в этом мире был кто-то, способный мне её оказать. Хотелось верить, что он был не один. Что Люций жив и здоров, пусть и где-то далеко и не планирует возвращаться. Как я ни старалась убедить себя в этом, сердце не успокаивалось. Мне необходимо знать, что с ним всё в порядке. Жить дальше с мыслью, что моего сказочника больше нет… было невыносимо. Поэтому я дала себе зарок подождать ещё пару дней, вдруг о нём появятся какие-нибудь вести, и только затем написать брату.
Филипп сдержал слово и избегал меня под любыми предлогами. При дворе активно обсуждали внезапное нападение фракийцев, но ответных мер принимать не спешили. Вестей о тех, кто попал в засаду и не вернулся, не было. Я все губы искусала, томясь ожиданием. Всё надеялась, что непременно найдётся хоть кто-то, кто видел братьев-дикейцев живыми после происшествия.
Единственным человеком, помимо Иви, кто обеспокоился моим душевным состоянием, оказалась та самая фрейлина правительницы — Розалия.
Пару раз она встретила меня в саду, отметив, что я выгляжу очень бледной, посоветовала не вешать нос и даже подарила шёлковый платочек. Его можно было повязать на шею, чтобы скрыть следы ночи любви с Филиппом. Синяки на шее почти прошли, но на запястьях всё ещё были отчётливо видны. Я была благодарна женщине за участие, но каждый прожитый час казался мне пыткой.
По прошествии двух суток я совсем отчаялась и решила, что хороших новостей ждать не стоит.
Сидя у окна в своих покоях, взяла листок бумаги и перо и уверенным почерком вывела на нём несколько строк, в которых сообщала брату о том, что несчастна, просила забрать меня из Ипервории и сделать так, чтобы ни один мужчина на свете (особенно законный супруг) больше не смог ко мне прикоснуться. И, пусть это сулило мне общественное порицание и недовольство родителей, я не могла больше здесь оставаться и умирать не собиралась. Помнила ночь, которая подарила мне желание жить.
Голубь с посланием выпорхнул из моих рук и полетел далеко-далеко, к самой линии горизонта. На землю спускались сумерки, а в небе загорались первые, едва заметные звёзды. Именно тогда я увидела двух всадников, приближающихся ко дворцу с севера. Двух…
Глава 16. Допрос с применением силы
Люций
Я, конечно, знал, что Филипп не самый лучший из представителей высших, но не думал, что он способен опуститься до предательства.
