– Зачем они мне? – с мрачным видом спросила Джори.
– Потому что предстоит церемония возложения на брачное ложе. Так что иди, пока есть возможность.
– О Господи, Джоанна! Как ты можешь такое говорить!
Элеонора де Лейберн взяла Джори за руку и потянула за собой. Невеста подобрала обширные складки свадебного платья и двинулась за подругой, краем глаза отметив, что Мод и Бланш идут следом.
– Джоанне-то не пришлось терпеть такое унижение! – Джори помнила, что Линкс и Сильвия прошли через этот обряд возложения на брачное ложе, правда, сама Джори была тогда слишком юной и ее к нему не допустили, однако девушке доводилось присутствовать при этом ритуале, когда замуж выходили другие придворные дамы.
Для первой брачной ночи Джори и Хэмфри была назначена спальня Джори, а потому девушка направилась в свои покои. Элеонора достала белую ночную сорочку и пеньюар, а Мод и Бланш стали помогать невесте снимать свадебный наряд – лазурное платье с каймой, расшитой золотыми листьями.
В этот момент в спальню влетела Джоанна в сопровождении Сильвии. Захлопнув за собой дверь, Сильвия забрала у Элеоноры пеньюар, а графиня Глостер воскликнула:
– Быстрее! Я слышу шум. Уже идут!
Джори стояла обнаженная и дрожала от волнения. Сильвия крикнула:
– Некогда надевать рубашку! Накинь халат, и все!
Джоанна налила взволнованной невесте кубок вина и сунула ей в руку. Джори успела сделать лишь один глоток. В этот миг дверь распахнулась, и в Комнату, спотыкаясь, ввалилось с полдюжины мужчин, волочащих обнаженного жениха.
За их спинами толпилось множество благородных гостей, во всяком случае те из них, кто еще был способен взобраться по лестнице.
Сильвия с изумительной ловкостью рук на мгновение распахнула полы шелкового одеяния, позволив каждому узреть кусочек обнаженной руки, ноги и часть спины, и тут же запахнула пеньюар. Древний обычай был соблюден – все удостоверились, что невеста ложится в брачную постель без всяких физических пороков и изъянов.
Под удалые выкрики и пьяный смех обнаженного Хэмфри швырнули на кровать, сопровождая действие скабрезными советами и самыми откровенными жестами. Брат жениха Генри, возглавлявший честную компанию, затянул непристойную песню, ее подхватили остальные гости, как мужчины, так и женщины. Вцепившуюся в полы своего одеяния Джори женщины толкнули к кровати, столпились вокруг и принялись жадно разглядывать жениха.
