От этих печальных мыслей ее отвлек вопрос священника:
– Кто отдает эту женщину в жены этому мужчине?
– Я, – ответил граф Суррей и вложил руку Джори в ладонь Хэмфри.
Джори чувствовала, что рука у нее немного дрожит, и в который раз задалась вопросом, не совершает ли самой большой в своей жизни ошибки? Усилием воли она справилась с дрожью и вернулась к прежней решимости.
После полудня начался пир. Воины де Варенна и уэльские лучники Линкса в последний раз наслаждались радостями мирной жизни перед началом похода во Францию.
За стенами замка установили козлы со столами для простых воинов и замковой прислуги."
"Новобрачные останавливались у каждого стола, поднимали кубки с гостями, принимали поздравления и лишь потом прошли в зал, где их ожидала знать. Джори, повеселевшая от вина, решила, что оно поможет ей сохранить улыбку на лице.
– Ты вторая по красоте новобрачная, какую когда-либо видела Англия, – сказала Джоанна. – Даже Глостер почти в тебя влюбился.
Гилберт ухмыльнулся:
– Я уже научился никогда не перечить беременной женщине.
Обещайте мне танец, леди Марджори.
– Это для меня честь и величайшее удовольствие, милорд граф.
Торжественный обед мог сделать честь гостеприимству леди де Варенн. Было подано шесть перемен блюд, и к каждому предлагался выбор лучших вин. У Джори не было аппетита, но она заставила себя кое-что съесть, чтобы не пьянеть от вина. Свадебный торт украшали лебеди – геральдический символ де Боунов.
Наконец столы были убраны, и начались танцы. Джори танцевала без перерыва, сначала с молодым мужем, потом со своим братом и дядей.
Молодой Генри, который к этому моменту изрядно опьянел, приглашал ее множество раз, потом перешел к Джоанне, что дало возможность Гилберту де Клэру потребовать у невесты обещанный танец.
– Вы счастливы, Марджори? – тихонько спросил граф.
– Разумеется, – быстро ответила она и заглянула ему в глаза.
– Он не ответил на ваше письмо? – наугад спросил Гилберт, не называя имени.
– Нет, он не сделал мне предложения. – Джори через силу улыбнулась.
– Но не беспокойтесь, я не буду на вас сердиться за то, что вы – его друг.
Граф улыбнулся в ответ:
– Мой друг просто дурак.
Музыка, танцы, смех, возлияния длились всю ночь. Джори была этому рада, с удовольствием смеялась и танцевала и не возражала бы, продлись праздник до самого утра. Джоанна, разумеется, считала иначе:
– Дорогая, думаю, сейчас как раз подходящий момент, чтобы сбежать. Мод, Бланш и Элеонора готовы сопроводить тебя наверх.
