Внезапно Джори вскрикнула, и появился ребенок.
– О нет! – прошептала Мэри.
Гай резко шагнул вперед. Лицо его окаменело – он увидел, что младенец посинел, потому что его шейка была обвита пуповиной. Его сердце гулко стучало в груди, пока Мэгги осторожно разматывала пуповину, а Мэри сворачивала ее и обрезала.
Граф выхватил у Кэтрин льняное полотенце и взял младенца из рук Мэгти.
– Позаботьтесь о Джори.
Один быстрый взгляд на ее лицо сказал ему, какой ужас она испытывает.
– Мой малыш не кричит! – В голосе Джори звучала пронзительная боль.
– Кэтрин, принесите виски от дворецкого! Бегом!"
"Гай поднес молчащий крошечный сверток к камину и осторожно его развернул. Его сердце наполнилось нежностью, когда он увидел, что это малюсенькая девочка. Он страшно боялся за Джори, но все же понимал: самое лучшее, что он может для нее сейчас сделать, – это позаботиться о том, чтобы выжила эта малышка. Когда прибежала запыхавшаяся Кэтрин, Гай налил себе на ладонь виски, чуть согрел его у огня и стал втирать янтарную жидкость в кожу младенца.
Он начал с крохотной грудной клетки, потом перевернул малютку и потер маленькую спинку. Мягкими движениями помассировал ручки и ножки дочери, затем ягодицы. Внезапно дитя начало давиться. Гай быстро похлопал ее по спинке, в ужасе от мысли, что это последний вздох. Вдруг из горла младенца вылетел сгусток слизи, Гай убрал его полотенцем, и малышка тут же запищала. От облегчения у Гая опустились руки.
Гай бросил взгляд в сторону кровати. Лицо Джори было пепельно-бледным, в огромных зеленых глазах плескалась тревога.
Внезапно малышка громко заорала. Гай вскрикнул от радости.
– Хорошая девочка, хорошая… Папина дочка… – Он поднес младенца к кровати.
Его черные глаза быстро оглядели жену, чтобы увериться, что роды не нанесли ей непоправимого вреда. Глаза Джори переполнились благодарностью. Она улыбнулась дрожащими губами и протянула руки. Гай вложил в них драгоценное дитя.
В дверь постучали. Кэтрин ее приоткрыла и выглянула наружу.
– Лорд Уорик, это ваш сын Рикард, – застенчиво сообщила она.
Гай подошел к двери и ухмыльнулся:
– У тебя есть сестра. Пойди и найди для нее колыбельку.
Вернувшись к кровати, он застыл на месте, очарованный представшей перед ним картиной: Джори кормила ребенка грудью. Гай смотрел на них и понимал, что никогда в жизни не видел столь прекрасного воплощения любви.
Когда малышка наелась и заснула, Рикард и Роджер втащили в спальню резную деревянную колыбельку.
