Потому что я достаточно изучила агрессивный темперамент мужа за время нашей совместной жизни, чтобы понять одну вещь...
Он из породы бойцов.
Тех самых, которые преодолевают любые преграды и берут штурмом любую крепость. И меньше всего задумываются при этом о чувствах других людей."
"Пока наши отношения складывались гладко, он был внимателен и снисходительно заботлив, неизменно проявлял к любым моим слабостям и наивным капризам очень высокую лояльность.
Но апокалипсис семейного счастья уже не отменить.
И теперь... когда мы оба стоим по разные стороны на краю чудовищного разлома... точки обзора сместились. Приоритеты поменялись. Жизнь распалась на две параллельные реальности.
И в одной из них измена — это пустяк, ерунда. Маленькая незначительная слабость.
...«Забудь об этом, просто забудь. Это ничего для меня не значит!» — гудит во мне эхо некогда любимого голоса.
Господи, что же это за натура у него такая жестокая?!
Если Князев меня догонит, то мне конец. Я не выдержу, если он начнет прогибать меня под удобную ему реальность.
Просто сломаюсь. И что тогда будет с моим беззащитным малышом? Ведь ему нужна здравомыслящая, адекватная мама, а не психическая развалина!
Последняя мысль вдруг отрезвляет, и я заставляю себя внутренне собраться. Забыть хотя бы ненадолго о том, как нестерпимо жжет и бушует в груди атомный взрыв разбитого сердца. Как бы ни было больно...
Да, счастливой жены больше нет, она сгорела и умерла в этом взрыве.
Точка. Но зато любящая мама жива.
Мама с тобой, малыш, не переживай. И не пинайся так сильно. Баю-бай, мой хороший...
Путь до лифта выпадает из моей памяти напрочь.
Все встречные люди кажутся безликими темными фигурами. Их голоса невнятны, в ушах от них шумит. А сама себя я чувствую привидением, скользящим в тумане горячечного бреда. Четкие очертания только у кнопки вызова лифта. Она горит, пылает алым цветом, как и моя боль.
Зато стремительную жесткую печать приближающихся шагов за спиной я различаю сразу.
— Даша!
Красивый низкий голос мужа сейчас противен мне. Слышать его не хочу. Не хочу, не могу и не буду!
Лифт, миленький... ну давай же поскорее... увези меня отсюда! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...
Но створки кабины мягко раздвигаются передо мной ровно в тот момент, когда Князев останавливается буквально в двух шагах.
Не глядя на него, я быстро захожу внутрь. Он — следом за мной.
— Даш, подожди.
