проехали уже!
Я порывисто вскакиваю, переполненная новой надеждой.
Рюкзак лежит там же, где и остальное неповседневное барахло. В дальнем шкафу гардеробной. Я вытаскиваю его на свет, прикидывая размеры, потом иду примерять к габаритам сейфа и удовлетворенно киваю. Глазомер не подвел!
Теперь надо потихоньку собрать вещи и сочинить для мужа достаточно доходчивую объяснительную в записке, чтобы он понимал — со мной и сыном всë в порядке,иначе с него станется на волне стресса допустить версию с похищением или несчастным случаем.
..
А я не настолько ненавижу его, чтобы мучить подобного рода бесчеловечной неизвестностью.
Спускаю рюкзак в прихожую не без труда и с шумным выдохом разгибаюсь. Поясница слегка ноет. Позади раздается шорох неторопливых шагов.
— Ты чем это с утра пораньше занимаешься, Дарья? — укоризненно интересуется Ада Адамовна в черном шелковом халате до пят. — Бросила моего внука без присмотра! Что за мать ты такая?
— Он спит, — спокойно говорю я и обхожу свекровь по дуге, чтобы вернуться в детскую.
Но не успеваю сделать и нескольких шагов, как слышу вжик молнии, и оглядываюсь. Блин, ну что за пронырливая женщина!
Ада Адамовна активно шебуршит в оставленном мной рюкзаке без малейшего стеснения и при виде маленького металлического сейфа внутри потрясенно ахает:
— Это еще что такое? Бессовестная! Ты решила обчистить Владана перед разводом?!
Я закатываю глаза.
— Вообще-то там мои документы. Хотела подать заявление на развод, а Влад их спрятал. Он вам пароль случайно новый не сообщил?
— Нет, — моргает свекровь, подозрительно хмурясь.
— Так, значит, он против?
— Еще как.
— Ну и бестолковая же ты, Дарья! Даже развестись нормально не можешь. Зря, ой, зря Владан на тебе женился... Нет, ему точно нужна более умная и не такая бесцветная жена, с сильным характером. Например, такая как Марочка! — Ада Адамовна раздраженно упирает руки в бока и решительно заявляет: — В любом случае имей в виду, что мой внук Вольдемар после развода будет жить здесь! Я не допущу, чтобы моя кровь воспитывалась в нищете!
Я резко выпрямляюсь.
В груди начинает припекать от гнева, словно огнём.
— Нет, Ада Адамовна! Мой ребенок останется со мной. А о нищете не переживайте. Уверена, что алименты для него назначат приличные, чтобы он ни в чем не нуждался. И, к вашему сведению, моего сына зовут Вася, а не Вольдемар."
"— Это звучит отвратительно по-деревенски! — фыркает свекровь. — Ничего, я сумею убедить Владана, что его наследник достоин более благородного имени.
