А может, и не идиот, просто не сдержался, потому что искренне ратует за интересы Светланы, и, наверное, имеет на это право. Мила же простилась со всеми горячо, рассовала всем своим визитки и клятвенно пообещала позвонить, чтобы обсудить возможное интервью. Большое, семейное, на разворот, а то и на два, с фотографиями и ссылками. А отойдя, не замолкая, напутствовала Иру:
— Учись, как зубы им надо заговаривать. Завтра же договоримся, я тебя уверяю. Я с них теперь не слезу. Софья любит, когда о ней пишут, а если напишу то, что ей бальзамом прольётся, она безо всяких согласится.
А мне ещё плюсик запишут, правда, Патрик? — Прижалась к нему игриво, но тут же отстранилась и не стала отнекиваться, когда тот, прежде её похвалив, отправил к очередной известной личности, пролить бальзам преклонения и на ту душу. А когда она отошла, сказал Ире:
— Можем уйти, если хочешь.
Она помолчала, наблюдая за музыкантами, которые устраивались на сцене и настраивали инструменты. Сглотнула, затем спросила:
— Зачем? Со мной всё в порядке.
— Да, только у тебя цвет лица с платьем сравнялся.
Ира невольно опустила глаза к лифу своего нового платья жемчужного цвета. Потом спросила:
— Откуда ты узнал?
— Я видел его, ты забыла? — Его голос прозвучал немного недовольно. — Когда лицом к лицу оказались, тогда и узнал. Да и вы вели себя странно. Ты молчала, он тебя взглядом пытал.
Сказать было нечего, поэтому лишь пробубнила:
— Ну и к чёрту…
Патрик внимательно к ней приглядывался, после чего снова предложил:
— Хочешь, уйдём.
Это «уйдём» ей и мешало согласиться. Ира не хотела уходить с ним, это пришлось бы объяснять — и Лёшке, и себе, и даже Патрику. Поэтому головой покачала, снова улыбнулась. От улыбок уже сводило скулы. Искренних за этот вечер было по пальцам перечесть. Глаза к лицу Патрика подняла, и заметила в его взгляде вопрос и тень разочарования. Ему так и хотелось сказать: он же женат, зачем?
«Он женат, а ты свободен, а я, видимо, слепая дура», додумала про себя Ира его мысль, но кроме лёгкого раздражения ничего не почувствовала.
Уйти стоило, но Ира всё тянула и тянула, силы духа не хватало, да и гордости, наверное. Старалась держаться в стороне, никому из Вагенасов на глаза больше не попадаться, но украдкой наблюдала, за Лёшкой в основном. И за его женой. Так уж получалось, что Светлана от мужа не отходила, и Ире поневоле приходилось наблюдать за тем, как они стоят рядом, улыбаются всем вокруг и играют на публику.
