— Мне на работу, — поворачиваюсь и смотрю на него.
— Сегодня у тебя выходной, точнее больничный, — беззаботно паркуется.
— Я не хожу на больничный.
— Пора начинать. Не спорь, я уже позвонил. Фильм посмотрим, поспишь. Ты правда бледнющая, — открывает обертку, отламывает кусочек шоколадки и ко рту мне подносит, приторможенная я, послушно рот открываю.
Выходим с ним на свежий воздух. Стараюсь не думать, но то и дело проваливаюсь в прошлое.
— Ты руки не мыл, — меня озаряет.
— А я ждал, когда ты опомнишься, — смеется надо мной.
Фильмы я, естественно, не смотрю никакие. Костя уходить отказывается, разваливается у меня на кухне.
— Не даешь мне пострадать вдоволь, — кричу ему из гардеробной. Зашла за полотенцем, хоть в душе от него закрыться на полчасика.
— Вообще — то мне неприятны твои переживания по поводу бывшего. Но так и быть, один раз я потерплю. Жена его отожгла, конечно, — придерживает дверь в ванную комнату, не давая мне закрыть. Вот же любитель последнее слово за собою оставить.
— Кто бы за жену говорил, — строю гримасу кислую.
— Лея в сравнении ангел, — убираю его руку и закрываю, в надежде, что он не зайдет.
Надо замок установить, напоминаю себе. Левый мужик по дому ходит.
Настраиваю воду погорячее, буквально варюсь, но внутри очень, просто дико холодно. Ничем я не лучше Артёма. Сама себе не даю быть счастливой. Зациклилась, понимаю это, но сделать ничего не могу. Если до этого я могла контролировать себя в желании матерью стать, то сейчас оно меня изнутри раздирает. Долго стою, пытаясь собраться, всё больше и больше ругая себя.
— Алёна, пять минут и я вхожу, — раздается из — за двери. — Отсчет пошел, — реально начинает обратный отсчет от трехсот.
Толком даже не вытерев волосы, закутываюсь в огромный халат и выхожу.
— Доволен? — странные чувства, противоречивые. Послать его хочется из — за навязчивости и благодарность испытываю за то, что не бросил одну.
— Конкретная умница, — мягко улыбается и тут же набрасывает на меня плед, концы на груди перекрещивая. С головой укутал.
— Греться пошли. У нас теплопотери, — смотрит на запотевшие стенки душевой, затем на мои босые стопы. На руки подхватывает так резко, что взвизгиваю.
Глава 59"
"— Понимаешь? Это не из — за Артёма малыш погиб. А из-за меня. Это я не смогла справиться со своими эмоциями, — Костя первый с кем я обсуждаю эту тему за последние несколько лет. Сам завел разговор, сам же сейчас лежит и пыхтит на слове «Артём». С «корочками» вообще тесно общаться проблематично.
