— Слушаю Вас, Олег Геннадьевич.
— Алёна, ты чего? Отвлекаю? Привет.
— Нет, могу говорить. Добрый вечер. У вас девять часов уже, ты же явно по делу.
Олег бегло обрисовывает ситуацию. Пригород. В лесу найдено тело пожилой женщины. Видимых причин смерти не установлено, единственное…
— Алён, я покажу, ты посмотришь? Я, блд, прости. Не видел такого. Оху*л, если честно. Коллегу твою, новоиспеченную, саму откачивать пришлось. Там, блд, кости видны. Скажи, чем её так могли. Воронки какие — то…, - дальше идут маты сплошные.
Я, примерно понимая, что там увижу, извиняюсь и встаю из — за стола, под скептический давящий взгляд своей матери. Он красноречивый — «Я тут распинаюсь, а ты всё портишь».
— Давай. Только камеру ровнее держи, а не как обычно.
Олег переводит звонок с аудио на видео. Кто — то светит фонариком, он же показывает погибшую.
Я, в отличие от Олега, видела подобные раны, и тем не менее… Опускаюсь на диван в гостиной, телефон кладу на журнальный столик, и ладонью рот зажимаю. Пару секунд адскую боль в спине ощущаю.
Вспышка ярчайшая. Прикрываю на секунду глаза, необходимо чтобы собраться.
Человечность никуда не девается с годами. Но приходится постоянно себя контролировать. Понимание того, сколько боли та или иная травма принесла человеку, способно с ума свести.
— Олежа, это пролежни. Повреждения кожи, в данном случае и тканей. Ты не в курсе, потому что это тема не ваша. Она лежачая больная. Давно. Уход был не должного уровня. Кровообращение снижено, давление на отдельные участки наоборот возрастает.
Четвертая стадия, скорее всего инфицирована. Струпья давно не счищали. Запах гниения ткани чувствуется?
Ответ получаю положительный.
Ужасно, иначе не скажешь. Боль чувствуешь — сделать ничего не можешь.
— Её точно убили не тут? — уточняет он.
— Олег, она могла умереть от болезни своей, могла от заражения крови, которое явно присутствует. Но дойти до лесочка не могла точно. И живую её туда доставить… проблематично. Кто осматривал?
Он называет фамилию неизвестной мне девушки:
— Алён, она вообще зеленая.
Во всех смыслах. Сначала нормально, пока не перевернули. Думал — отчалит, — задумывается. — Как ты справляешься? Начинала ты даже младше. Страшно не было?"
"— Мертвых людей? Поверь, даже самый жуткий и опасный, из известных тебе преступников, лежа на секционном столе, безобиднее любого живого человека. В остальном они такие же люди.
— Когда ты уже возвращаешься? Там по нарикам нашим такие задержания эпатажные прошли. Приедешь, расскажу.
