Открыл контакты и отбил Ивану Тарелке сообщение: «клиент готов и отдыхает».
Сообщение отправилось. Телефон полетел вслед за хозяином. Я закрыл дверь и хотел пройти в купе, но тут в тамбур выскочил Кузьма.
— Господин, —, проводник завертел головой по сторонам и, кажется, даже принюхался, — мне срочно нужна форма.
— Забирай, — хмыкнул я, и, отдав китель с фуражкой, протянул ему деньги бандитов: — а это премия, Кузьма.
— Премного благодарен, — проводник всё оглядывался и распихивал по карманам ценности, — а где эти, которые Вас искали?
— А мы поговорили, и они ушли к себе в купе, — улыбнулся я его наглости.
— Да? — Кузьма зацепился взглядом за вмятину на стене вагона (это Пётр ударился, когда защищался) и погладил её пальцами.
— Да, им скоро сходить, и они решили отдохнуть, — хмыкнул я и добавил в голос немного стали: — что-то не так Кузьма? Ты о чём-то переживаешь?
— А, — проводник оторвался от вмятины и, посмотрев на меня, вжал голову в плечи. Глазки его так и забегали. — Нет, господин, нет, что Вы.
— Тогда расходимся, — улыбнулся я и хлопнул его по спине, — не бзди и дальше бди, Кузьма, тогда тебя осыплет золотом.
— Ох, господин, — ноги проводника просели, а глазки алчно заблестели, — Вашими устами, да мёд бы пить.
— Не пью, — хмыкнул я, открыл дверь тамбура и шагнул в свой вагон. Заклинание разведчик сообщало, что кто-то двигался сюда. Уверен, это Тихон. Что ж, он как раз вовремя. Я снова проголодался.
* * *Таяла пюрешка. С тарелки исчезали котлеты. Тихон занимался своими делами.
Сначала он копался в чемоданах. Потом читал какую-то книгу. Но его глаза постоянно косились в мою сторону. Я же делал вид, что не замечаю его интереса.
Схватка с бандитами забрала у меня половину резерва: много силы потратил на перестраховку. Потому хотелось скорее доесть и лечь спать. Восстановить силы перед ночным походом к Неморшанскому. Не могу его упустить. Аж в дрожь кидает от одной мысли, что моя сила останется у него.
— Что-то спросить хочешь? — зевнул я, отодвинув от себя пустое блюдо.
По телу расплывалось приятное тепло, а глаза начинали слипаться. Я подложил под голову подушку и растянулся на диване.
— Тихон, — повторил я, не в силах подавить ещё один зевок.
— А? — пискнул Стоев, и тут же спрятался за книгой, — Нет, не важно.
— Хорошо, — я закрыл глаза. — Тогда спать.
Хлопнула книга. Скрипнул диван. Выключатель щёлкнул, и свет прекратил бить в веки.
— Тихон, — улыбнулся я, не открывая глаз — это я спать, ты можешь читать, мне не мешает.
