Тихон послушно встал и пошёл рядом, потому я отпустил его.
— Дамы, Кирилл Дмитриевич, граф Орлов, — я замер перед столиком девушек и, в соответствии с этикетом, обозначил лёгкий кивок. — Позвольте представить вам моего друга, сын дворянский, Стоев Тихон Павлович.
— Мы знакомы, — бросила Лидия, взялась за ручку чайной чашки и, повернувшись к окну, сделала вид, что за ним происходит что-то интересное.
Мария же наоборот улыбнулась. Её щечки полыхнули румянцем, а глаза сверкнули небесной синевой. Она привстала со стула и, обозначив книксен, произнесла:
— Очень приятно, граф, Мария Петровна Мороз, — девушка уселась на место и продолжила: — а это графская дочь Лидия Фадеевна Чернышёва-Круглякова.
Прошу вас, присаживайтесь.
— Благодарю, — я воспользовался приглашением и уселся напротив.
Лидия тут же отвлеклась от вида за окном и удивлённо посмотрела на подругу. Ведь та нарушила все мыслимые правила этикета. Представила старшую по иерархии. Взяла на себя ведущую роль в беседе. Но Мария не заметила её возмущённого взгляда.
Она смотрела на нас и хлопала ресницами.
Вернее, на меня смотрела.
Грудь её вздымалась часто-часто, а глаза светились безумием. Хорошо знакомым безумием. Так смотрели на меня девушки, которых поразила стрела Эрота. Стрела любви с первого взгляда."
"Я даже оглянулся на всякий случай. Вдруг маленький шутник остался в этом мире и целится в меня. Но нет. Крылатого сорванца нигде не видно.
— Ищите своё место? — поднося к губам чашку, произнесла Лидия, когда я повернулся обратно.
Её глаза превратились в узкие щёлочки, а на лице застыло надменное выражение.
— Отнюдь, уже нашёл, — улыбнулся я и поправил цепочку на шее, так, чтобы перстень главы рода смогли увидеть. Пусть и на миг, но этого достаточно.
— Слышь ты, — раздался сзади голос Жорика, а его рука легла мне на плечо, — девушкам не нравится твоя компания.
Лицо Лидии скривилось. Мария часто-часто заморгала, а Тихон, и так боявшийся дышать в присутствии Маши, постарался стать меньше и незаметнее.
— Дорогой Георгий, — я полуобернулся к стоящему за моей спиной Жорику с друзьями и так посмотрел на него, что они вздрогнули, а Жора убрал руку, — никогда больше не трогай меня и не заговаривай без разрешения.
Иначе я встану, и повторится прошлый раз. Ты же помнишь, что было в прошлый раз?
Лицо Жорика вспыхнуло. Заиграли желваки. В глазах сверкнула злость. Но он не решился что-либо сказать. Сжал кулаки и, развернувшись, быстро, почти бегом, пошёл из вагон-ресторана.
