— Понятно, — подытожил я и разговор как-то сам собой утих.
За окном мелькали деревья. Стучали колёса поезда. Тихон смотрел в окно и грустно вздыхал. Я же размышлял о новой информации. До этого момента я думал, что только ЦПУ занимается призывом. Теперь же придётся разобраться, кто ещё мог меня призвать. Вдруг ещё кто-то занимается таким колдовством, не только Чернышёвы-кругляковы.
Нда, чем дальше, тем сложнее становится. Нужно больше информации. Может, Тихон ещё, что интересное поведает? Но самое обидное, конечно, что Лидия теперь переходит в разряд деловых интересов.
Эх.
— Знаешь что, — мне надоело думать на голодный желудок и, встав с дивана, я глянул на Стоева, — пойдём-ка в ресторан, пообедаем. Заодно расскажешь мне всё, что слышал о политике.
— В ресторан? — дёрнулся от окна Тихон, словно его током ударило. — Но там же Георгий будет.
— И что? — улыбнулся я. — Волков бояться — в лес не ходить. Да и не волк он, а так, шакалёнок. И потом, — я подмигнул ему, — неужели ты не хочешь посмотреть на следующий акт нашей комедии?
* * *Вагон-ресторан встретил нас лязгом тарелок и шумом разговоров.
Куда ни кинь взгляд, рядами теснились столики. Белели накрахмаленные скатерти. Блестели начищенные приборы. Вычурные масляные лампы добавляли каждому месту уюта, а редкие официанты, ловко удерживая подносы с заказами, скользили меж гостей.
В воздухе витала смесь ароматов копчёностей, свежей выпечки и кофе. В животе тут же громко заурчало, а рот наполнился слюной.
— Вон они, — прошептал Тихон, уткнувшись в меню, когда мы расположились на свободных местах, — за третьим столиком.
Жорик с дружками и правда, обнаружился за столом у окна. Его нос уже обзавёлся внушительным компрессом, отчего парень напоминал пародию на дворецкого из дешёвой комедии.
Он заметил, что я смотрю на него, и побагровел. Хотел было что-то сказать, но, вдруг, дёрнулся и отвёл взгляд. Видимо, беседа с начальником поезда пошла ему на пользу.
Но моё внимание привлекла не его физиономия. Через два столика от него, в компании блондинки, которую я мельком видел обнажённой, сидела Лидия.
Девушки нарядились в вечерние платья и, чинно попивая чай, о чём-то беседовали.
— Это Маша, — заметив мой взгляд, шепнул Тихон, а в голосе его послышалось восхищение, — её подруга.
— Составим им компанию? — предложил я.
— Что⁈ — Тихон едва не выронил меню. — Нет-нет, они же…
— Пойдём, — я не стал слушать его отговорки, сцапал его за ворот и потащил за собой. — Как тебя по батюшке?
— Павлович.
