— Что? — в голосе Коли сквозило непонимание.
— Это, как, бегать в шлёпках, — пояснил я, не обращая внимания на его вопрос. — Можно, но лучше в кроссовках. Если же владеть знанием, и знать место каждой стихии, и энергии в ауре, то не нужны никакие слова или пассы руками. Всё получается по желанию, по воле человека. Естественно…
Я закончил обвязывать тела Николая и потянулся к энергиям тепла и движения в своей ауре. Зачерпнул из них, оставив себе совсем чуть. Соединил с доступными мне стихиями. Сдобрил всё это эфиром и, напитав свою мысль волей духа, приказал Николаю ожить.
А затем завершил свою фразу:
— Как и должно быть, Коля, — ноги мои подкосились, руки пробил тремор, и я поспешил усесться на траву. — Вставай, слуга, ты вернулся к жизни.
— Правда? — пробасил Николай, — но я не почувствовал, как ты творил заклинание.
— Я уже сказал про деградацию вашей школы, — хмыкнул я, — правильную магию ты не почувствуешь. Никто не почувствует.
Коля замолк. Шевельнул рукой. Ногой. Осторожно перекатился на спину и сел.
Покрутил головой. Осмотрел себя. Поводил руками перед лицом и, наконец, встал на ноги.
— Получилось! — закричал он и подпрыгнул от радости. — Получилось! — его рот растянулся в улыбке, и он уставился на меня блестящим сталью взглядом. — Получилось!
А затем он кинулся ко мне и снова упал на колени.
— Спасибо, Кирилл, спасибо! — он схватил мою руку и стал её трясти, — век не забуду!
— Не забудешь, — кивнул я, выдёргивая руку из его лапищ. — Не дам забыть.
— Конечно! Да! — запричитал коля, начав кланяться, как болванчик.
— Я отработаю, всё сделаю….
Тут он осёкся, и я решил его успокоить:
— Казнить никого не заставлю, не волнуйся. Только злодеев.
— Спасибо! — он снова поклонился, да так, что задел головой утонувший в земле камень, и рассадил себе лоб.
— Так, стоп, — остановил я его. — Запомни основное, ты жив, но не совсем. Тело умерло, и сейчас, с моими силами, я не смог тебя оживить полноценно.
— Это как? — Коля уселся на задницу, и закрыл рану ладонью. — Как не совсем?
— Ты почти, как живой, — пояснил я, — видишь глазами, слышишь звуки, даже есть тебе надо и пить, но ты не почувствуешь ни боли, ни оргазма.
Не ощутишь запаха или вкуса. Понятно?
— Оргазма? — Николай уловил, видимо, самое важное для себя. — Я зомби?
— И да, и нет, — покачал я головой, — забудь об этих киношных выдумках. А теперь, — отмахнулся от него и посмотрел на часы, стрелки показывали 11:00 утра, — отстань. Сил нет и мне надо отдохнуть полчаса.
