– Сержант двумя руками толкнул его в грудь. – Пошел! – и двинул сапогом в живот, да так, что тот скорчился от боли.
– Виталя! – пискнула подруга.
Сержант занес над мальчишкой дубинку, но треснуть по спине не успел, потому что ударил тот. Снизу в челюсть. Служивого подбросило в воздух, и, пролетев пару метров, он приземлился в кустах, где и остался.
– Ах ты, сучонок. – Старшина оттолкнул девчонку и сделал шаг вперед, размахиваясь.
От страшной силы удара в грудь он захрипел и упал в лужу. Водитель выскочил из машины и принялся расстегивать кобуру.
Виталий шагнул вперед и ахнул его кулаком по лбу. Не в лоб, а именно по лбу, сверху вниз, с размаха и со всей молодой и сердитой дури. Страж порядка тихонько хрюкнул и медленно осел на землю.
Ночью за ним приехали, без особых церемоний разбудили и увезли в наручниках. Следствие было коротким, суд состоялся буквально через неделю и щедро отвесил малолетнему хулигану «шестерку» за нападение на сотрудников милиции при исполнении теми служебных обязанностей и нанесение им разной степени телесных повреждений.
Дело в том, что все трое доблестных служителей закона оказались на больничных койках: с двойным переломом челюсти (со смещением), поломанными ребрами и сотрясением головного мозга. Судебная экспертиза установила, что в голове у водителя некоторое его количество все же имелось.
Полгода он отработал в гараже колонии для малолеток, потом его перевели во взрослый гараж, в смысле, в обычную колонию. Еще через три года освободили условно-досрочно.
Виталий вышел на свободу и направился прямиком в автомастерскую к папе.
Ровно через год после этого он опять загремел на нары и опять по той же статье, правда, на сей раз под его молотилки попали не менты, а вполне приличные молодые люди, футбольные фанаты. Четверым из них, искренне расстроенным проигрышем любимой команды, чем-то не понравился мирно идущий по своим делам работяга, поэтому один взял, да и разбил о его голову бутылку. В ответ он ударил их ровно три раза, потому что один из них сбежал.
Виталий сам вызвал «Скорую», следом приехала милиция. На этот раз самый справедливый в мире суд отмерил ему «восьмерку», и отсидел он ее от звонка до звонка. Когда выходил на волю, начальник колонии со слезами на глазах и надеждой во взоре провожал его до ворот.
– Сказал, когда опять заметут, – пояснил собеседник, – сделает все, чтобы попал опять к нему.
– Так тебя полюбил?
– Не то слово, – хмыкнул он. – Он на мне такие бабки поднимал, ты не поверишь.
