Виталий действительно классный автомеханик, его авторитету среди владельцев крутых тачек нашего района впору позавидовать самому гаранту Конституции. И это правильно, у человека просто редкостный талант ко всей этой механике с электроникой. Кстати, не единственный, есть еще один (я имею в виду талант), только мой сосед много бы дал, чтобы его у него никогда не было.
Их семья переехала в наш дом месяцев пять назад: сам Виталя, его жена, миниатюрная симпатичная женщина, дочка трех лет и пес неизвестной науке породы, очень напоминающий щетку для обуви.
И размером с нее. Где-то через месяц после этого я возвращался вечерком домой и в скверике возле магазина встретил нового соседа в окружении малолетней пьяной гопоты. Подогретые продвинутым «Клинским» и прочим нектаром для умственно ушибленных, милые юноши с воодушевлением били дядю. Даже не били, для этого у них элементарно не хватало ни сил, ни умения, просто пихали хилыми кулачонками в широкую грудь и пинали в пузо ножонками. Возвышающийся над всеми ими как слон над шавками, Виталий даже не пытался заехать кому-нибудь в ответ, просто бормотал что-то вроде «не надо, ребята» и все порывался уйти, а они его не отпускали.
– Проблемы, сосед? – поинтересовался я, останавливаясь.
– Да вот, – пробормотал он и ойкнул, потому что кто-то из малолеток угодил ему обутой в пыльный говнодав ножонкой под коленку.
Терпеть не могу коллективных драк, имеется в виду, когда несколько человек метелят одного, поэтому я быстренько надавал этим придуркам пинков и отконвоировал соседа домой.
– Спасибо, – с чувством молвил он, исчезая в двери напротив.
– Пожалуйста, – буркнул я, открыл дверь и пошел к себе.
Через полчаса раздался звонок, и я обнаружил его, стоящего на пороге с литровой бутылкой «Чиваса».
– Можно?
– Ну, раз уж пришел, – без лишней вежливости ответил я. Терпеть, знаете ли, не переношу трусов и мямлей.
У меня на кухне мы накатили по первой, и он потянулся к бутылке, чтобы разлить по второй.
– Хватит, – молвил я. – Забирай пузырь и иди, ты мне ничего не должен.
– Думаешь, – он горько усмехнулся, – я просто струсил?
– Именно так, – подтвердил я. – Даже уверен.
– Вообще-то ты прав. – Он покачал головой. – Действительно, все так. Я вообще стараюсь никого не бить.
– Потому что боишься урыть с одного удара, – догадался я. Знали бы вы, сколько таких красивых историй мне довелось услыхать за то время, что живу. Если опубликовать, получится не меньше томов, чем сочинений у дедушки Ленина. – Пойдем.
