Гораздо лучше, когда эмоции естественные. Ну, да ладно. Раз у них такой «продвинутый» мир, что ж поделаешь? В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
Она занесла перо над бумагой, готовая подписать договор. В самом деле, что она теряет? Конечно, скорее всего, это розыгрыш, и подстроила его Светланка, подруга, с которой сначала учились в одной группе, а теперь ещё и работают в одной лаборатории. Она всегда подтрунивала над любовью Тони к фэнтези и этот спектакль — на сто процентов её рук дело. Как только Антонина завизирует документ, откуда-нибудь из-за шторы выскочит Света и завопит, заливаясь хохотом:
— Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера.
Ну и ладно. Вместе посмеются.
Однако на какую-то тысячную процента Тоня всё-таки допускала, что перед ней не любители розыгрышей, а действительно семейная пара из параллельной реальности. Что тогда? Тогда Антонина тоже ничего не теряет. Ведь в договоре написано, что они обеспечивают дорогу в оба конца и полный пансион на всё время пребывания в Абсильвании.
А если ещё и конкурсы удастся не провалить — то дадут деньги на лабораторию. Единственное, за что предусмотрены штрафные санкции, так это за нежелание возвращаться домой, после того, как выздоровеет Белинда. В случае этого самого нежелания на него смотреть не будут — всё равно отправят восвояси, только уже без гранта. Но с чего вдруг Тоне захочется остаться? Из-за этого их правителя, что ли? «Мудрый руководитель» — словосочетание стойко ассоциировалось у Антонины с завлабом Тюлькиным.
Не первой молодости, лысеющий, чуткий к подчинённым, строгий, но справедливый, ужасно консервативный, слегка скрюченный хроническим радикулитом. В целом, конечно, милый, но всё же — увольте. Не надо ей мудрого. Тоня давно уже положила глаз на Артура — молодого приятной наружности зама Тюлькина. Вот уж кто не боялся экспериментов, причём во всём. Ух! На него, правда, кто только глаз не положил — вся незамужняя женская часть коллектива.
И Антонине пока ничем выделиться не удалось, но когда у неё появится своя лаборатория — Артур, держись!
Мысль о том, как у голубоглазого красавца отвиснет челюсть при виде Тониных лабораторных владений, заставила решительно подписать договор. Следующей перо в руки взяла Жозефина и завизировала документ размашистой витиеватой закорючкой. И ещё одна ядовито зелёная отметка появилась после того, как по бумаге проскрипело перо, ведомое рукой Джеймса.
