Хлоя естественно предложила семейству один из самых дорогих своих снимков. И на её счету появилась первая заработанная сумма — 400 местных тугриков. Это явно меньше, чем успела выручить за платочки Камилла, но возможно даже больше, чем наторговала Николь.
Впрочем, Николь продолжала набирать обороты. Малышки Вирджиля естественно не смогли спокойно пройти мимо графинов с лимонадами и морсами. И отцу семейства пришлось потратиться на утоление жажды пятерых юных барышень. Причём пятилетняя Бьянка умудрилась выдуть два стакана, потому что никак не могла решить, чего ей хочется больше: клюквенного морса или апельсинового фреша.
Старшенькая Сьюзи, как только жажда была утолена, двинулась к следующему тенту. Бутылочки с мутноватой жидкостью неожиданно привлекли её внимание.
— Пятен на одежде — ноль, если в доме есть «Чистоль», — прочла она рекламный слоган, который Тоня написала на плакате, растянутом на всю длину прилавка. — Пап, а что это? Мыльные пузыри?
— Поинтересуемся у продавца, — усмехнулся Вирджиль.
Антонина поняла, что пришёл её звёздный час, и принялась расписывать достоинства своих пятновыводителей. Сьюзи прогнозируемо быстро потеряла к ним интерес, как только узнала, что предназначены они не для весёлого пускания пузырей, а для скучной стирки, но зато Гертруда, напротив, крайне заинтересовалась.
— Думаю, Аннета, моя помощница по хозяйству, придёт от ваших отбеливателей в полный восторг, — улыбнулась она и добавила доверительно: — Слышали бы вы, какими словами она поминает вспыхнувшую внезапно моду на белое.
Гертруда и стала первым покупателем Тони, приобретя сразу оба варианта пятновыводителей: и для деликатных тканей на основе горчицы, и для всех типов тканей на основе зелёного чая. Антонина положила протянутую Вирджилем хрустящую купюру с красивой цифрой 100 в лоточек для денег. Ну, вот, хоть что-то. Это меньше, чем у остальных девушек, но, как говорится, лиха беда начало.
Второго покупателя пришлось ждать довольно долго. Барышни и кавалеры равнодушно проходили мимо стройных рядов флаконов с мутноватой жидкостью.
Однако один худощавый джентльмен в белом залихватском кепи неожиданно проявил заинтересованность.
Когда он подошёл к прилавку, Антонина заметила в его руках блокнот. Но её смутил даже не блокнот, а сами руки — красивые и ухоженные. Стало понятно, что это не её клиент. Мужчина также далёк от стирки, как Тоня от хоккея с мячом.
— Джереми, корреспондент газеты «Вечерняя Абсильвания», — представился он.
