Понадобился комдиву новый порученец, он вызвал кого-то и распорядился: найдите мне, мол, хорошего офицера, чтобы был и шустрый, и хваткий, и с боевым опытом. Приказ пошел сверху вниз, и кто-то назвал меня: а вот он! И шустрый, и хваткий, и воюет два года. Ну а приказы не обсуждаются…
Одним словом, двинул я через этот ад кромешный. И знаете, сколько ни ломал потом голову, так до сих пор и не могу прийти к какому-то выводу: кому тогда пришлось тяжелее – тому, кто сражался в боевых порядках, или мне? Не подумайте, что я себя как-то выставляю, просто вопрос и в самом деле интересный.
Я ж повоевал достаточно, чтобы сравнивать. С одной стороны, пехотинцу в окопе, танкисту в танке, тому же артиллеристу ох как нелегко. Но все они не в одиночку, не сами по себе, тут же боевые товарищи. На миру, как говорят, и смерть красна. А я через это светопреставление прусь один-одинешенек.
И точно так же смерть со всех сторон, как у всех тех, про кого я говорил. Но тут одна маленькая тонкость… Конечно, и воевавшие в боевых порядках, локоть к локтю с товарищами, порой потом оказывались пропавшими без вести. По самым разным причинам. Ну, скажем, накрыло разрывом так, что и клочков не осталось. Или танк в лепешку перемолол. Да мало ли… Но большей-то частью другие видели, как человек погиб. И могли потом сказать что-то вроде: «Ну да, пошли на нас «пантеры», тут Ваську осколком и уложило…» А случись что со мной, ни одна живая душа не узнает, что и как.
Пошел – и не вернулся, без вести пропал. Еще подумает какая-нибудь гнида – а были такие, – что немцам в плен сдался. Вы только не подумайте, что я себя как-то навеличиваю, выше кого-то себя ставлю. Все мы делали одно дело, все под смертью корячились одинаково. Просто очень уж тоскливо вот так в одиночку чесать посреди битвы, распрекрасно зная, что в случае чего никто не узнает, как меня грохнуло и где…
Там в одном месте, издали было видно, случился встречный танковый бой и уже кончился – ни одного целого танка, одни подбитые и горящие, видно, как меж ними люди кое-где перебегают, выстрелы слышны: ну да, экипажи, кто уцелел, драку заканчивают уже пешим порядком.
