И, понимая, что мы подъезжаем к бизнес-высоткам, где у Кости основной офис, я запоздало уточняю:
– У тебя ещё дела?
– Да. Очень не вовремя забыл кое-что. Я быстро.
– Ладно, – добавляю в голос немного игривых ноток и лукаво продолжаю, – готова тебя подождать. Но недолго.
Машина проезжает шлагбаум, и Костя плавно заезжает на парковочное место.
– Надеюсь, ты готова к тому, что отпускать тебя сегодня я не намерен?
Он поворачивается ко мне и буравит тяжелым взглядом.
А я тянусь к нему, кладу руку на затылок и в ответ мягко дотрагиваюсь до его губ своими.
– А ты готов в этот раз выключить свой телефон, чтобы нам больше никто не мешал? – я уверена, он абсолютно точно понимает мой намёк.
– Ради такого я даже готов его выбросить, а завтра купить новый.
– Ну что ты. Ни к чему такие жертвы.
Глубокий, голодный поцелуй соединяет наши дыхания, поглощая их и объединяя в один трепетный вздох.
Мужская ладонь жадно скользит вверх, от талии до груди, ощутимо сжимая. Другой рукой Костя чувственно ведёт по бедру, а я впервые за последние несколько лет жалею, что в качестве наряда на вечер всё же не выбрала платье.
Он нехотя отстраняется. Ловит мою ладонь и кладёт себе на ширинку, где уже чувствуется каменная эрекция.
Медленно шепчет мне на ухо:
– Кто-то ой как нарывается.
Сдержать счастливую улыбку выше моих сил, поэтому я, довольная и в предвкушении ещё одной незабываемой ночи, растягивая губы, весело произношу:
– Даже не знаю… Как же я с тобой справлюсь…
В ответ Костя торопливо касается губами моей шеи и заявляет:
– Я быстро.
Не скучай, – и выходит из машины, а я, не веря в то, что всё происходит на самом деле, откидываюсь на спинку кресла.
«Не скучай».
Я пять лет без него скучала. А сегодняшний день, словно бальзам на исполосованную душу.
Я не готова тешить себя ложными надеждами. Просто желаю провести наш «неожиданно общий» вечер так, как хочется мне. И десять-пятнадцать минут приятного ожидания для меня не сыграют совсем никакой роли.
Как я и думала, Костя отсутствовал от силы минут пятнадцать.
А потом… потом в полной тишине мы поехали к нему.
Никто из нас не решается нарушить молчание.
