Мне ее жалко – каждый вечер приходится разговаривать с посетителями, которые пристают и заигрывают с ней, в особенности с типами с такой впечатляющей внешностью, как у Дейла, с его дредами и пирсингом. Наверное, ее уже от них тошнит.
Она ставит для меня рюмки на поднос, и я вижу загадочную улыбку, которая ненадолго появляется у нее на губах, и понимаю свою ошибку. Это она играет с ними. И она точно знает, как нужно себя с ними вести.
– Вот ваш заказ, – говорит она мне. – Десять евро.
Я в сомнениях. Выпивка на горнолыжных курортах стоит очень дорого, и я ожидала, что заказ как минимум потянет на пятьдесят евро.
Барменша ошиблась, потому что ее отвлекли Дейл с Брентом, и если я ничего не скажу, разницу вычтут у нее из зарплаты.
– Наверное, вы ошиблись."
"– Нет, все правильно, – на ее красивом лице появляется раздражение.
Хорошо. Я, по крайней мере, попыталась. Я даю ей десять евро.
Она пробивает чек, уголком глаза смотрит на парней и поправляет волосы. Всем своим поведением она говорит им: «Я не заинтересована».
Я смотрю, словно очарованная, как Дейл склоняется в ее сторону, чуть ли не всем корпусом ложась на стойку. Рукава у него закатаны и видны руки в татуировках. Он зовет ее. Она снова улыбается сама себе и притворяется, будто не слышит.
Я никогда так не играла с парнями. Не знаю как.
Она показывает пальцем на мои рюмки, ноготь на пальце накрашен блестящим красным лаком. Она что-то говорит, но я не слышу.
– Простите?
– Водка вот здесь.
Что?
Ужасающая мысль появляется в моем затуманенном алкоголем сознании.
Но Саския не стала бы этого делать.
Или как раз стала?
Глава 7
Наши дни
Мы выбегаем в холодный темный коридор. Корзина, в которой мы оставили свои телефоны, пуста.
– Кто их взял? – Голос Кертиса звучит угрожающе.
– У меня был совершенно новый телефон, – говорит Хизер, которая готова вот-вот разрыдаться. – В нем все мои рабочие контакты.
– Успокойся, – поворачивается к ней Дейл. – Мы его найдем.
Кажется, что все в замешательстве.
Я стою в коридоре, смотрю в одну сторону, потом в другую.
Один из этих четверых забрал телефоны или в здании есть кто-то еще? Жаль, что я не могу трезво мыслить. Происходящее не имеет смысла. Я не понимаю, что происходит. Я уже чувствую опьянение, спасибо выпитому виски. Алкоголь на этой высоте действует гораздо сильнее, да еще и на голодный желудок
– Мы можем определить, кто не брал телефоны, – заявляю я. – Кто не выходил из зала? Я выходила в туалет до того, как началась игра.
