Соображаю, что с дорожки надо бы присесть и самой; после чего иду на кухню и закуриваю в форточку. Хозяйка просила дымить пореже, особенно когда погода позволяет выйти на крылечко. Но сейчас я устала.
Картина за окном пасторальна до умилительных слез. Бабульки на лавочках (наверняка уже обсуждают мою персону, одежду и обилие багажа). Детишки на качелях (смех и отчаянный скрип железных труб). Жирный рыжий кот дремлет в теньке. На березовых ветвях перекликаются обсидиановые вороны. Не грязно-серые помоечники, каких полно дома, а почти скандинавские вестники битв, клювастые и угольно-черные.
Жить можно. Городок в меру уютен, в меру чист. Приживемся.
Утащив чемоданы в комнату с кроватью, неспешно разбираю вещи.
— Ну что, Цезарь, как тебе берлога? — спрашиваю, когда тот появляется на пороге.
Правитель Рима не снисходит до ответа. Щурит зеленые глазищи, но хвост задирает трубой и чуть заметно трется плечом о косяк. Он все еще кажется вымотанным поездкой. Вспоминаю, куда сунула НЗ кошачьего корма на первое время.
Но раскопать не успеваю — во входную дверь осторожно стучат.
Невольно вздрагиваю. Гадаю, что Людмила Павловна заметила дым из форточки. Выдумывая наивные оправдания, иду открывать. Но причина визита кроется в другом. Хозяйка неловко мнет в руках бумажки с показаниями счетчиков.
— Ирочка, — говорит она негромко, — вы простите, но я хотела убедиться, что вы помните про условие.
Да, помню. Такое не забудешь. А еще о таком не сообщишь редактору, даже если именно в этом кроется смехотворная стоимость аренды.
Пусть лучше считает, что я умею торговаться, чем знает, что Людмила Павловна одержима приметами, бредущими по краю старческого невроза."
"— Конечно, — как можно дружелюбнее отвечаю я. — Каждый вечер выливаю в раковину колпачок «Крота». Раз в неделю добавляю в средство чайную ложку порошка, что хранится рядом с запасами «жидкого бура». Ничего не забыла?
— Нет, доченька, все верно! — Женщина расцветает в улыбке, за которой притаилось легкое душевное расстройство.
— Ты добавку экономно используй, ее достать сложно. Муж ведрами болотную тину просеивал, чтобы нужную траву найти и высушить! Зато запах убирает как по волшебству, а в подвале ни крыс, ни тараканов.
Мне хочется фыркнуть. Засмеяться. Припечатать ладонь к лицу и откровенно потешиться над дремучестью местного люда. Но я не стану и лишь послушно киваю. Да, неведомая дрянь с местных болот в сочетании с «Кротом» убивает запах и изгоняет крыс.
