— Если я не отдохну и не попью, то остаток пути придется меня тащить.
Кайл сделал вид, что задумался.
— А ты тогда замолчишь?
Лесной кот сердито зашипел, кинулся вперед и цапнул Погонщика за ногу. Кайл выругался и пнул животное к моим ногам. Кот обиженно потерся о мою туфлю.
— Хороший котик. — Мягкая шерстка была приятной на ощупь. — Он тоже хочет отдохнуть.
— Вот я еще котов не слушал! — Кайл бросил куртку под ближайшее дерево и уселся.
— Полчаса, Сияющая. Иначе я пойду один.
— Не пойдете. — Я уселась рядом.
— Вы не хотите сесть в тюрьму. А вы за меня отвечаете. Кстати, котик, ты ручей найдешь?
Кот не мигая смотрел на меня, будто слушая указания.
— Он не понимает человеческого языка, Сияющая. Это кот. Сделай одолжение, не сходи с ума, пока мы не вернемся, я не хочу давать показания.
Мне оставалось лишь закатить глаза и проглотить все, что Кайл нес. Видимо, шок от вчерашней катастрофы на время затмил сознание Погонщика, превратив его в относительно адекватного человека.
А сегодня сотрясение чего-то-там-в-голове прошло, и он снова нормальный человек. По шкале нормальности Кайла Златокрылого, разумеется.
— Пошли! — Кот отбежал на пару метров и остановился, укоризненно глядя на меня. — Я хочу пить!
— Блейк, кот не выведет тебя к воде! — крикнул мне вслед Кайл.
Но все-таки пошел следом и даже не хамил, когда котик действительно вывел нас к небольшому роднику с удивительно вкусной водой.
— Что я говорила? — Я украдкой показала спине Кайла язык. — Пить не хотите?
— Не хочу, — как-то напряженно отозвался Погонщик.
— Шевелись, и пойдем.
— Зря. — Я с удовольствием напилась, понимая, что такая возможность еще не скоро представится.
Кайл как-то подозрительно молчал, пока я гладила кота, который тоже решил напиться, и придумывала ему имя. Вряд ли мне удастся взять его с собой, я все-таки в приюте живу, но с именем как-то солиднее. И приятнее, наверное. Животина ласку любила; когда я его гладила, кот выгибался и мурчал.
Через пару часов быстрой ходьбы мне стало не до того, как со мной общается Кайл.
Меня терзали сомнения насчет верности его решений. Лес стал еще непролазнее и гуще. Если там, где мы были, еще можно было найти одну-другую тропку, проложенную деревенскими или охотниками, то к вечеру мы забрели в такую чащу, что впору было прощаться с белым светом. Без посторонней помощи выбраться, наверное, было невозможно.
Кайла это не беспокоило, как и нашего мохнатого проводника.
