И, оставив девочку посреди приемной, с грохотом захлопнул дверь кабинета изнутри.
— Эй! Погодите! — Я решительно была не согласна со степенью информирования. — Кто это? Чья она? И что мне с ней делать?
Погонщик выглянул из кабинета и закатил глаза.
— Это моя дочь, Элла. Тебе просто надо посидеть с ней тихо до шести часов. Все. Ничего сложного, даже такая тупая девочка, как ты, способна справиться.
Я пропустила мимо ушей прилагательное, коим наградил меня Погонщик, и все-таки решилась задать пару насущных вопросов:
— А если она захочет есть? Играть? Гулять? Спать, в конце концов?
— Не грузи меня своими проблемами, — поморщился Кайл.
— Если захочет есть, зайдешь, возьмешь деньги и сводишь ее в таверну. Спать уложишь на диване в приемной. Игрушка у нее есть.
— Одна игрушка?
Я имела слабые представления о детях, но мне все же казалось, что они привыкли играть большим количеством предметов.
— А сколько ей игрушек надо? — озадаченно уставился на меня Погонщик. — Эта вполне ничего.
— И как давно вы ее купили?
— Не помню.
— Он пожал плечами. — Может, год назад, может, раньше.
— А! — догадалась я. — Она живет не с вами, а с матерью.
— Ее мать сбежала три года назад. Чего ты ко мне привязалась? Есть задание — вперед. Не хочешь делать — выметайся.
— А ничего, что воспитание ваших детей не входит в мою практику?
— Мне есть до этого дело? — Кайл поднял брови.
Я едва не застонала. Бедный ребенок, неужели она с ним живет?
— Почему вы не наймете няню? — спросила я. — Она же с вами до совершеннолетия не доживет.
— У нее есть няня, — с видимым раздражением отозвался Кайл. — Но она заболела. Довольна? Мне тебе документы на выбытие подписать?
— Можно мы хотя бы в парк сходим, если дождь закончится? — пробурчала я.
— Сделайте одолжение. Вот. — Кайл бросил на стол монету. — Купите что-нибудь. Игрушку или что там ей надо.
— О Рейбэк, — вздохнула я, возведя глаза к небу.
Девочка была хорошей. Очень спокойной и веселой. Она внимательно смотрела, как я завариваю для нее чай и разворачиваю конфету.
Вахтер Талер, увидев такую прелесть, как Элла, разрешил нам посидеть с ним и попить чаю.
Девочка, не отрываясь ни на секунду, наблюдала за мной. И даже когда Талер поставил перед ней тарелку с очищенными апельсиновыми дольками, взяла одну только после разрешения. Я даже удивилась, а потом, вспомнив характер Кайла, решила, что это закономерно. Ребенок, поди, в его присутствии даже дышать боится, не то что безобразничать.
— Тебе сколько лет? — спросила я.
