Что-то подсказывало: принцы так с возлюбленными не разговаривали.
Честное слово, я пожалуюсь на организаторов! Это же… это нечестно! Я не доверяю Кайлу, я не могу с ним летать без щита, да еще и над трибунами с людьми.
Погонщику, вероятно, надоело ждать, когда я соизволю подойти. Он одной ногой ступил в клетку и уцепился за мою руку. А потом буквально вытащил наружу и заставил встать на спину Берр. И на такой высоте! А Берр, помнится, меня недолюбливала и вряд ли изменила отношение.
Трибуны зааплодировали, очевидно решив, что все идет по сценарию.
— Я тебе потом это припомню, — прошипел Кайл мне на ухо, вставая сзади.
У меня, кажется, шерсть на загривке встала от его дыхания. Вернее, встала бы, если б была. А так я просто поежилась.
Кайл взял поводья, хотя, наверное, Берр и сама знала, как лететь. Вторая рука Погонщика обхватила мою талию. Пожалуй, слишком крепко.
— Если свалишься, я тебя уволю, — усмехнулся он.
— Очень смешно! Убери руки!
— Тогда точно свалишься, — рассмеялся он и еще крепче прижал меня к себе.
Скотина.
— Улыбайся, Сияющая. У тебя даже фамилия говорящая.
— Вот сейчас в глаз тебе и засияю, — пообещала я."
"И мигом представила, как отреагируют зрители, если мы с Златокрылым начнем свалку прямо на драконе. А что? Я могу! Пусть мелкая и тощая, но царапаюсь хорошо, а в условиях ограниченного пространства могу существенно покалечить. Если успею, конечно.
В следующее мгновение все мысли о Кайле вылетели из головы, оставив лишь немое, пугающее восхищение полетом. Драконы летели следом друг за другом и наш — первый, поскольку Лесной открывал Дракониаду.
Берр резко ушла вниз, и у меня сердце подпрыгнуло. Но сладко, с восхищением. И крутые виражи больше не пугали, скорее я ждала каждый из них и наслаждалась этим ощущением, когда захватывает дух, когда рядом движется мощное крыло, когда я совсем без защиты стою на спине драконицы и держусь лишь потому, что Погонщик не дает упасть.
— Не цепляйся за мою руку, — шепнул Кайл. — Не уроню.
Я и не заметила, что ногтями впилась в его руку.
Не уронит? Доверить свою жизнь этому мужчине, от которого проблем немерено?
Я осторожно убрала свою руку. В этот момент Берр взмыла вверх. Я чуть отклонилась, несильно ударившись о спину Погонщика, а тот даже не шелохнулся.
Осознать, что происходит в других частях сцены, я была неспособна. Кто-то там пел, кто-то плясал, ну а мой мир сузился до ощущения полета, до отчетливо ощущаемой руки Погонщика на талии, до холодной шкуры Берр под моими ступнями.
