Ухудшало ситуацию, что было совсем непонятно встанет ли Томмасо на мою защиту или нет. Интуиция вопила о том, что он сильно обижен и мог даже сам отдать меня Лучьянно.
— Нет, у меня просто нос чешется, — заметила я, многозначительно потерев его и шмыгнув.
— Немедленно мыть руки! Подготовить столы для сервировки! Лука переделывать розмариновый песок, Мицио на мангольд! Шевелитесь! Вы не в отпуске!
— Что значит подготивить столы для сервировки? — одними губами поинтересовалась я.
— Это значит, что нужно будет перенести несколько столов вон под те лампы паса, чтобы наша слеповатый петух смог их быстро сервировать, ваша задача будет носиться между ними двумя и смотреть, чтобы всё было под рукой и готово.
Спроси, сколько будем обслуживать за раз и какое у нас окно подачи?
Я очень сомневалась, что у Лучьянно вообще стоит хоть что-то спрашивать, но помянуя, как прадед помог мне на экзамене, всё же решилась.
— А какое у нас окно подачи и сколько будем обслуживать?
— Как интересно! У тебя мозг только по утрам работает или ты просто сегодня не забыл выпить настойку умника? — поинтересовался Лучьянно с издёвкой, — а то вчера именно ты слил жу, а сегодня внезапно стал знатоком сервиса! Не хочешь заменить меня на пасе?
— Беги за мангольдом, он псих и ничего не знает, — сообщил мне прадед.
— Я пойду за мангольдом, — ответила я Лучьянно, стараясь не робеть, а он грубо поймал меня за ворот моей куртки.
— Запомни, малец! Ты — просто ничего незначащая букашка и я воспользуюсь малейшей возможностью для того, чтобы тебя раздавить! — пообещал мне Лучьянно, а меня передёрнуло от ненависти в его голосе, и я поспешила сделать самое разумное, уйти за мангольдом.
Когда я вернулась на кухню с коробкой доверху набитой листьями мангольда, там уже был мой шеф и я осторожно выдохнула. Ведь Лучьянно не посмеет меня задирать при Томмасо разве не так?
Я поставила тяжесть на стол и подошла поближе для того, чтобы послушать и понять, как именно сегодня мы будем работать.
Однако оказалось, что я опоздала, и разговор подошёл к концу, стоило мне только приблизиться.
— Значит так, — принялся командовать Лучьянно, а я взглядом, полным тоски, смотрела на то, как мой шеф в молчании зажигает огромный гриль, — Мицио ты оглох? — рявкнул Лучьянно, заставив меня вздрогнуть и вновь сфокусироваться на этом ненормальном. Было ясно, что лёгким этот день точно не будет.
Лучьянно обрисовал нам задачи и сколько у нас будет на всё это времени, а мои брови поползли наверх.
