— Но даже если так, то всегда есть возможность улететь в другую страну. Драконята уже скоро встанут на крыло, и их никакие родственники не удержат.
— Ой! — испугалась я. — Они и так тут весь лес перепугали, а если летать начнут…
— Вот именно! Надо поскорее договориться с папашами и Мариной. Что за дичь тут творится! Драконьи младенцы в лесу выживают, питаются всякой… лягушатиной.
— Им просто нравится охотиться, — буркнула я, хотя и сама была не в восторге от странных пристрастий деток.
— А в человеческую форму они уже обращались?
— Пока нет.
— Лишь бы не застряли в драконьей ипостаси, — обеспокоенно посмотрел на сопящих малышей Афониан.
— Это опасно?
— Потом будет сложнее адаптироваться, — вздохнул принц. — Короче говоря, надо что-то решать. Поговорю с друзьями, их должно уже немного отпустить. Три дня уже прошло, мозги на место встали, я надеюсь.
Афониан ушёл, а я совсем растерялась. Встречаться с папашами не хотелось. Немного опасалась реакции принца на то, что я и есть Марина.
Вдруг вся его влюблённость тут же развеется? Ох, нужно было сразу признаваться, а теперь страшно.
Глава 32
Пока я обдумывала, как действовать дальше, малыши весело поскакали за единорогом. А тот специально сперва замедлял бег, чтобы махнуть пышным хвостом перед зубастыми мордочками, а потом ускорялся, дразня дракончиков.
— Принц прав, — прогудело Священное дерево, — тебе надо налаживать отношения с отцами. Да и мои обитатели напуганы. Вчера красный детёныш чуть не поймал зайца.
— Простите, — пробормотала я.
— Ничего не поделаешь, такова их натура, — вздохнуло древо. — Гусей и барашков тоже жалко.
И я побрела к опушке леса, решив посоветоваться с Хелей. Задумчивые эльфийки остались у озера. Они раскладывали карты в напряжённой тишине, тут же смахивая неудачные на их взгляд расклады и начиная заново. Судя по хмурым лицам, новые варианты тоже не сулили ничего хорошего.
Если я думала, что страшно встречаться с бывшими мужьями и их родственниками, то очень скоро поняла, что сильно ошибалась.
— Ну что, Ёлик, я смотрю, ты тут совсем одичал, стал драконьей нянькой, — со злой усмешкой ухватил красного и зелёного малыша какой-то рогатый блондинчик, выскочивший из кустов."
"Мужчину можно было назвать красивым, но всё портило выражение лица. Прекрасный эльф явно не отличался терпимостью и добротой, отпинываясь от серебристого и золотистого дракончиков, вцепившихся в его брюки.
