— И что же ты поняла? — серьезно спросил он, приподнимая мой подбородок.
— Ты устал от внимания волчиц, вот и отгородился мной. Я временный феномен, не жалко, — спокойно сказала я, вот только внутри всё горело от обиды.
— Значит так, да. Хорошо! — самодовольно улыбнулся он. — А тебе себя не жалко? Не обидно, что так используют? — довольно начал говорить он.
Да ещё как обидно! Но я же не могу это ему сказать. Стою как вкопанная, и серьезно смотрю на него. Руки давно сжаты в кулаки, но я держусь от порыва накинуться на него и накричать.
— Я думал ты сильнее. Что, ничего не хочешь мне сказать? Как была пугливой мышью такой и осталась. — Вот что он хочет? Зачем он всё это говорит, видит же что мне и так больно. — А знаешь, иди, пожалей себя как всегда, ты же человек, тебе это свойственно. Только волки умеют стоять за себя, — последняя фраза была так самодовольно сказано, что внутри, что то переломилось. Да как он смеет! Я еще покажу, кто тут истинный оборотень.
Схватила, что попалось под руку, и швырнула в довольного волка.
Ваза рассыпалась на тысячи кусочков с приятным звоном, когда ударилась об стену. Эта скотина увернулась.
— Да как ты смеешь! Я волчица! И больше не намеренна, давать другим право, вытирать об меня ноги. — Ещё одна ваза, полетела в улыбающегося волчару. И снова, приятный звон стекла, и слишком довольная рожа альфы. Ну, я сейчас!
Снаряд летел, за снарядом. Вазы, подушки, статуэтки, книги, — всё, что попадала под руку. И мне всё равно, сколько это стоит, и как потом я буду за это отвечать.
Мне хотелось мести, и стереть, наконец-то это самодовольную улыбку с лица волка.
В это время за дверьми комнаты альфы. Алекс.
— Может зайти? — озабоченно спросил Артем, смотря на двери альфы, за которыми опять что-то разбилось
— Хочешь, иди, а мне жить охота, — ответил я, стоя рядом.
Неразбериха в главных апартаментах приводила всех охранников к вопросу, что делать и как быть? Вот уже несколько минут слышно, как что-то бьется об стены и разбивается, масло подливали и крики Николь.
Например, как сейчас.
— Стой на месте волчара, хватит уворачиваться! — и что-то тяжелое ударилось в дверь. Охранники дернулись, и с опаской смотрели на входную дверь.
— Родная, надо успокоится, — вещал мягко альфа, вот только его, похоже, не слушали."
"— Иди к черту Габриэль, ты получишь за свои слова. — Да там страсти кипят, думал я, глядя на дверь.
— Как думаешь, кто кого? — неожиданно спросил Антон.
