Ты даже не невеста еще, ты претендент! — огорошила я ее. С каждым моим словом глаза у Ларисы расширялись, а лицо становилось печальнее. — Ты что не знала, что тут будут и другие?
— Знала, но я думала все уже решено, и это формальность, — уныло сказала она, садясь рядом. О боги, какой она еще ребенок. Обняв хозяйку, погладила ее по голове.
— Давай ты перестанешь возмущаться. Найдешь жениха, и поговорите, ты ему понравишься, он полюбит тебя, вы поженитесь, и ты потом выберешь себе любую комнату. Идет? — надо же как то успокоить это создание.
"
"— Точно! Ты гений! — волчица вскочила и радостно начала ходить по комнате. — Так надо разложить вещи, переодеться, накрасится, — начала она перечислять, но тут постучались в дверь.
Устало встала с кровати и пошла открывать дверь. За ней оказался Люк, который счастливо улыбался.
— Вот вы где. Хотел вас предупредить что в 6 часов вас будут ждать в столовой, — сказал он, смотря на Ларису как ошпаренная вылетает из моей комнаты причитая: Как же так, времени почти не осталось.
После его слов ее сдуло из моей комнаты, неужели думает, ей трех часов не хватит. Я уже спокойно проводила ее взглядом, а вот волк удивленно.
— Скажи, она всегда такая? — приподняв бровь, он посмотрел на меня.
— Какая? — насмешливо спросила его.
— Ну, недалекая что ли. Она что не знает, куда и к кому едет?
— Она знает, что важно для нее и все. Для всего остального, наверное, тут я.
— Она не знает имени возможного жениха, — удивленно сказал он качая головой.
— Ну для нее это не главное, — рассмеялась я.
— А что важно?
— Скажи, а жених потенциальный случаем не слепой и глухой? — с надеждой гляжу на волка.
— Случайно нет, — уже смеялся он.
— Жаль! Ну может недалекого ума? — все еще с надеждой смотрю на Люка, тот только посмеивается и качает головой.
— Печально в двойне, — вынесла я вердикт.
— Все так плохо? — скептически смотри на меня.
— А ты не видел? — удивленно смотрю на него. — Вот если ей надо стоять и улыбаться все будет замечательно, а так боюсь представить.
— Ну может не все так плохо, — в голосе явно звучал сарказм.
— Ладно, будем наедятся на чудо.
— Начинай тогда уже молится, — рассмеялся оборотень уходя. Даже он понимает наши шансы на успех. Значит, мы тут не на долго, и моя свобода уже может помахать мне беленьким платочком. Печально и паршиво. Стоп! Мне ведь надо что бы была свадьба, а жениха можно и сменить. Надо походить и посмотреть, кто тут есть еще.
