Взгляд Сони наткнулся на ее руки, на которых уже появились когти, и девушка взмолилась, чтобы Мери не перекинулась. Она удерживала ее силой своих детей, но когда инстинкты брали свое, даже эта сила не способна была сдержать рвущегося наружу зверя.
– И ты позволишь своей малышке умереть? – заговорила Эмилия. – Выкинешь ее, как ненужную вещь? Разве самка не должна до последнего защищать свое потомство?
– Нет, нет, нет… – женщина замотала головой.
– Тогда тужься!
– Тужься, Мери! – поддерживая Эмили, приказала «луна».
– А-а-а-а-а-а! – последний, самый громкий крик слился с детским писком, и все женщины, находящиеся в комнате, перевели дух.
– Вот так, моя хорошая. Красивая девочка. Две девочки, Мери! Две замечательные, здоровые девочки!
Глава 18
Прислонившись к дверному косяку, Эмилия молча смотрела на полное восторга лицо своей пары. Девушка не сомневалась, что эти малышки навсегда покорили не только его сердце, но и сердце их сильного альфы.
Два старших брата, влиятельных и могущественных, разбалуют их по самое не могу. Ох и тяжело будет их будущим воздыхателям. Уже сейчас эти маленькие крошки вселяют в закаленные мужские сердца трепет и восхищение.
Глаза Яна загадочно блестели, и девушке показалось, что сейчас он представляет, что держит на руках своего ребенка, а не сестру. И от этой догадки ей стало муторно. Девушка сомневалась, что сможет когда-нибудь подарить ему такое счастье.
И от этого понимания она ощущала себя еще более ущербной.
Эмилия готова была рисковать так, как Мери, терпеть каждодневные анализы и все муки трудных родов, лишь бы ощутить, как это – держать на своих руках частичку себя и своей пары. Слышать писклявый крик, пересчитывать маленькие пальчики, смотреть на пухленькие щечки и еще темненькие глазки…
В такие минуты Эмилии всегда было тяжело, но сейчас – особенно. Потому что вот перед ее глазами стоит ожившая картина ее мечты.
Ее пара, держащий на руках их малышку. Но видение рассеялось словно туман, стоило Яну передать ребенка отцу, на одной руке которого уже лежал спящий сверток. Говард выглядел сильно растерянным, и все сразу заулыбались.
– Слишком давно я держал ребенка на руках, а тут целых двое, – тихо прошептал он.
Голос мужчины звучал настолько трепетно, с такими нотками страха и благоговения, что вызвал умиление у всех присутствующих.
