— Дурой? — продолжила она. — Глупой? Тупой?
— Дина! Прекрати.
— А то накажешь?
— Да, — кивнул он, — накажу. Например, вот так…
Двигался Лео бесшумно и стремительно, это Дина заметила давно. Иногда он напоминал медведя — огромного и неуклюжего, но это было обманчивое впечатление. Вот и сейчас она и охнуть не успела, как Лео прижал ее к стене и впился в губы жестким и грубым поцелуем. Она пробовала сопротивляться, да куда там! Он лишь сильнее вдавил ее плечи в стену, а его язык проник еще глубже.
— Не надо… — простонала Дина, когда он, наконец, отпустил ее.
— Нельзя быть такой обидчивой, сладкая, — хрипло выдохнул он и провел языком по ее щеке, прикусил за мочку уха. — Мои губы не касались другой женщины. Мои руки не ласкали ее тело. Я касался только стека… — Он снова поцеловал, так бережно и нежно, что у Дины подкосились ноги. — Ты хочешь, чтобы я был только твоим?
Лео целовал ее лицо, мягко касаясь губами и словно пробуя на вкус языком. Его пальцы ласкали шею, перебирали волосы. И Дина плохо соображала, что у нее спрашивают.
— Моим? Хочу… Нет, это же невозможно…
— Почему, сладкая?
— Потому что ты не можешь принадлежать мне, это я — твоя…
Она осмелилась погладить его по щеке — осторожно, кончиками пальцев.
— Какая ты умная девочка, сладкая… — Он подхватил ее на руки и понес. Не в ее комнату — в свою спальню. — Хочешь быть только моей?
— Да.
Это не одно и то же. Но разве она имеет право просить большего?
— Хочешь быть моей единственной?
Она вздрогнула от неожиданного вопроса.
— Разве…
— «Да» или «нет», — перебил он ее.
— Да…
Дина не понимала, что за игру затеял Лео. Зачем ему ограничивать собственную свободу?
— Не думай ни о чем, — шепнул он ей на ухо. Как будто догадался! — Доверься мне. Расслабься. Посмотри на меня.
Его взгляд завораживал. «Не бойся. Ничего не бойся».
Лео поставил ее на ноги и потянул наверх платье. Трусики Дина так и не одела — слишком больно они впивались в ягодицы. А бюстгальтер он снял быстрым и незаметным движением. Она хотела прикрыть грудь, но Лео не позволил.
Он снова поцеловал ее, лаская соски, теребя их пальцами, вырывая у нее стон. Внизу живота волной прошла сладкая судорога.
Лео ущипнул один сосок, потом другой и положил ладонь на лобок, развел пальцами половые губы. Он лишь задел чувствительный бугорок, а Дину словно пронзило током.
— Ты влажная и горячая, сладкая. Хочешь убежать?
— Нет. — Дина всхлипнула, переводя дыхание.
— На живот. — Он кивнул на кровать.
Дина вытянулась, подрагивая.
