Лео прекрасно помнил, как тот забирал детей из роддома, как возился с малышами…
— Ладно, черт с тобой. Иди. Дорогу ты знаешь. Я подойду туда позже, — сдался Лео.
Дина стояла у лестницы, на втором этаже, вцепившись руками в перила: глазищи, полные слез, красный нос и дрожащие губы. Наверняка, слышала разговор, дверь в гостиную он не закрывал, а она рядом с лестницей.
— Зачем ты вышла? — спросил он.
— Я не знала, что нельзя… — пробормотала она. Опустила взгляд и добавила: — Прости… те… Мастер.
Обнять, приласкать, утешить, накормить сладким… И весь воспитательный эффект насмарку.
Ему не нравится быть жестоким с Диной, но… Может, и хорошо, что появился Павел? Пусть немножко побудет одна.
— Я не говорил, что нельзя. Я спросил, зачем. Тебе что-то нужно?
— Н-нет…
— Тогда не спускайся вниз, пока я не разрешу.
— Да, Мастер…"
"Он не стал ждать, пока она уйдет в комнату, развернулся и сбежал вниз. Раздражение росло, Лео злился на Павла, но больше — на себя. Вместо приятного субботнего вечера — черти что.
Дина снова обижена, планы нарушены.
Лео отдал распоряжения Соне и спустился в темницу. Павел хлестал флоггером одну из девочек, привязав ее к кресту. Вторая, тоже полностью обнаженная, ждала своей очереди на коленях.
— Присоединишься? — подмигнул Павел.
— Пожалуй.
Знакомая девочка, не нужно выяснять ее предпочтения и ограничения. Лео кивнул в сторону станка для порки и взял в руки стек.
Спустить пар получилось. Малышка-маза получила свой сабспейс, Лео — разрядку. Павел ушел сразу после сессии, отказавшись от ужина.
Девочек, естественно, забрал с собой, пообещав им «продолжение банкета».
С того времени, как Лео оставил Дину, прошло два часа. Он сходил в душ, переоделся, и лишь потом заглянул в ее комнату. Дины там не было. Не было ее и в ванной. С минуту Лео стоял на месте и шумно дышал, приходя в себя. Он ведь предупредил — никаких побегов! Потом он догадался заглянуть в шкаф — вещи на месте. Телефон и очки — на прикроватном столике. Если и сбежала, то прячется где-то в доме.
И он знает, где ее искать.
Так и есть, Дина нашлась на третьем этаже. Лежала на диване, на боку, обхватив руками подушку, и спала. Кажется, наплакалась всласть — нос опух, щеки красные. Лео вздохнул и опустился на пол рядом с диваном.
Он не обязан оправдываться — хозяин в доме он. И он Мастер, господин, он волен поступать так, как считает нужным. Он не изменял Дине и не мог изменить, по простой причине — между ними еще ничего не было.
