«У меня ведь даже телефона под рукой нет, чтобы скорую вызвать», – крутилась в голове неприятная мысль. Испугавшись, что хозяйке неожиданно стало плохо, Настя с силой толкнула дверь. Глазам предстала комната по размеру чуть меньше, чем гостиная. На полу красный старомодный ковер с восточными узорами, на стенах картины с пейзажами, потемневшие, в обшарпанных рамах. Рабочий секретер у стены. Толстая лохматая пальма в кашпо. Рядом с ней чугунный лев размером с кошку. Окно: створы прочно заперты на старинные медные шпингалеты…
И никого.
Совсем.
***
Настя стояла, пораженная увиденным.
«Не может такого быть, – даже головой помотала, – Может, все-таки окно?» Она опасливо прокралась через комнату и подергала за оконную ручку. Заперто. Посмотрела на защелкнутые шпингалеты – изнутри.
Настя повернулась вокруг своей оси в поисках двери, которую, возможно, не заметила. Заглянула за секретер и за пальму – вдруг Яна Маровна спряталась там, решив зачем-то разыграть гостью? Даже ковер откинула – вдруг там люк? Нет.
Хозяйки дома не нашлось нигде. «Наверное, тут, как в старинном замке, имеется какой-то замаскированный проход», – решила Настя.
Изумленная, она вернулась в гостиную и тихо села на диван. Вдохнула, выдохнула, отхлебнула из чашечки в горошек еще не остывшего чаю. Вдруг телевизор включился сам собой. Настя ойкнула и тут же успокоилась – под пятой точкой обнаружился пульт.
На экране улыбчивая ведущая о чем-то разговаривала с бодрой блондинкой. Забыв на миг о странном исчезновении Яны Маровны, Настя загляделась на удивительные наряды обеих дам.
На ведущей было пышное бальное платье, сшитое из камуфляжной ткани и шляпка-сафари с пером страуса и вуалью цвета хаки. На гостье – «космический» брючный комбинезон, заправленный в умопомрачительные сапоги на прозрачных платформах-аквариумах, внутри которых плавали искусственные рыбки. Они обсуждали какой-то то ли парк, по ли заповедник.
Очередной глоток чая расслабил. Настя сунула нос в заварник: в густом травяном аромате проскользнули оттенки мяты, валерианы и чабреца.
Понятно, почему спать потянуло. Яна Маровна поспособствовала.
За мутными окнами сгущались сумерки. «В конце концов, все можно объяснить, – подумала Настя, укладываясь на диван и укутываясь шалью, – а если происходящее -странная шутка, то я в любом случае скоро об этом узнаю… Отдохну немного. Утро вечера мудренее»…
***
«Динь-дон! Динь-дон!» – пропели настенные часы.
