После продолжительной болезни, вызванной гибелью побратима, миранцы узнали лишь, что их женщина, на которую они как лишенцы теперь не имели законного права, покинула родную колонию, возобновив еще неразорванный окончательно контракт с военным ведомством Флодана и присоединившись к сопровождению дипломатической миссии в другую систему. С того момента ни один из мужчин не пытался узнать о ней хоть что-то. Слишком это было больно и не принесло бы ничего, кроме сожаления и горьких воспоминаний.
Получается, у каждой из сторон этой истории была своя правда и свое видение. Кто был прав, а кто виноват, до конца оставалось неясным. Прямого контакта между Марией и побратимами Микела не было, а официальный канал, защищающий интересы и секреты своей планеты, оказался ненадежен и слишком зависим от ошибок и недопониманий конкретных разумных. Пугающее стечение ряда обстоятельств, которого можно было избежать, если бы Иден и Дилан смогли объясниться с Марией лично, или если бы дипломаты Мирана передели ей правду о произошедшем, или если бы сама женщина каким-то образом достучалась до властей хоть какой-то из двух планет и выяснила, что в действительности произошло.
Так много ""если"" во всем этом. Но высшие силы распорядились совершенно иным образом. И от этого теперь вынуждены мучиться сразу все четверо. Каждый по-своему.
Иден теперь злится и пытается прорваться через стены отчуждения и равнодушия, которые капитан Перес вокруг себя воздвигла, чтобы донести до нее хоть что-то.
Дилан страдает, оставив такие же попытки и беспокоясь теперь просто о моральном и физическом состоянии землянки, на которую одновременно свалилось слишком многое. И они, гости из далекого прошлого, в том числе. А Микел ищет какой-то другой выход, пока не желая сдаваться.
Мужчины ждали копии официальных документов из военных архивов, но это требовало времени, которого у них, похоже, не было.
"
"- Нужно сделать так, чтобы она узнала правду. Но не напрямую, - проговорил Микел, - это заставит Марию хотя бы задуматься над тем, что не все так очевидно, как ей кажется. Раз по-другому у нас просто не выходит. Привлекать кого-то постороннего опасно для настройки связи, которая и так нестабильна и ослаблена за давностью лет, именно поэтому госпожа Бар, с которой я вчера общался, обещала молчать, хоть и безумно переживает из-за этого.
