Будучи в очень плохом состоянии, он просто потерял рассудок и открыл священнику свою национальность — при этом, как я предполагаю, надеялся на то, что священнослужитель его не выдаст. Однако тот поднял всю деревню, и все сразу сбежались, чтобы задержать нас двоих. К счастью, я не спал и слышал, как они пришли. Но для побега тем не менее было уже слишком поздно. Они начали стрелять в нас. Мой товарищ сразу погиб. Мне оставалось только одно — отстреливаться, чтобы освободить себе путь к отступлению.
Петер замолчал.
По его глазам было видно, что он прокручивает в голове ужасные события той ночи: амбар, темнота, факелы, возникшие из ниоткуда, разгневанные англичане с кровожадными лицами… Его товарищ упал замертво, и он понял, что они хотят схватить его живым и повесить. Слишком велика была ненависть к немцам в Англии.
— Когда вы отстреливались, — спросила Фрэнсис, — вы кого-нибудь ранили?
Он посмотрел на нее.
— Я кого-то убил.
В комнате повисло растерянное молчание — все осмысливали возможные последствия.
— Вы уверены? — наконец спросила Лора.
— Я попал ему в голову, — ответил Петер, — и видел, как… ну, в общем, не важно, что я видел. Он, конечно, погиб.
— Это была самооборона, — заявила Виктория.
Петер улыбнулся.
— Немецкий шпион — и самооборона? Нет. Если они меня схватят, то я буду казнен за убийство.
— Ах, черт подери! — воскликнула Фрэнсис.
Он посмотрел на нее долгим взглядом.
— Кстати, оружие еще у меня…
Фрэнсис ответила на его взгляд.
— Я забрала его у вас.
Думаю, что так пока будет лучше.
— Вынужден согласиться, — сказал Штайн. Но по нему было видно, как ему не нравится ситуация, в которой он оказался: лежать раненым в постели, не в состоянии ходить и стоять без посторонней помощи, быть безоружным и не иметь возможности защищаться.
— Оружие у вас сохранилось, — сказала Фрэнсис, — но почему не осталось документов?
— Я их, видимо, потерял. Меня тоже ранили, и я упал на землю. Вероятно, документы при этом выпали у меня из кармана.
— Тогда у них есть ваша фотография, — продолжала Фрэнсис.
Петер кивнул.
— Да, и это значительно упрощает мои поиски.
— Удивительно, что вам удалось от них сбежать, — пробормотала Аделина.
— Да. Заросли. Темнота. И Господь решил еще некоторое время дать мне пожить. — Немец поочередно смотрел на четырех женщин, которые окружали его постель. — Боюсь, я доставлю вам массу хлопот.
— Мы должны быстро решить, что нам делать, — сказала Фрэнсис.
