Теперь ей оказалось на руку, что в последние недели она завоевала доверие и признание врачей и медсестер. Обычно гражданские лица не имели права так долго оставаться непосредственно за линией фронта. Но в лазарете была необходима любая помощь, а Фрэнсис доказала, что она может напряженно работать. «Оставайтесь здесь, пока не получите известие о вашем женихе», — сказала старшая медсестра, и Фрэнсис хотя бы в этом отношении могла вздохнуть с облегчением.
Погода, до сего времени солнечная и сухая, изменилась.
Часто шел дождь; воздух стал холодным, по утрам низко над землей висел туман. Фронт опять застыл. Короткое наступление англичан не привело к длительному успеху — они с большими потерями отвоевали лишь небольшую пядь земли. Под проливным дождем окопы превратились в стылые грязные канавы, в блиндажах солдаты сидели по колено в воде. Если летом положение было просто плохим, то теперь ситуация обострилась еще больше. Холод и сырость доконали и без того измученных бойцов. Свирепствовала дизентерия; вши и блохи донимали больше, чем беспрерывный артобстрел.
В лазарете раненые лежали буквально друг на друге, и едва у кого-то появлялись признаки улучшения, он сразу освобождал свою койку внутри амбара и перебирался наружу под натянутый брезент. Земля здесь была такой сырой, а воздух таким холодным, что можно было радоваться, если дело обходилось без воспаления легких.
Фрэнсис много работала, чтобы отвлечься; но, несмотря на непреходящую физическую усталость, она находилась в таком нервном напряжении, что ночами не могла уснуть.
Она постоянно видела перед собой Джона, видела, как он подрывается на мине, как погибает от ружейных выстрелов. Не сошла ли она с ума, всерьез надеясь, что он еще жив?
Это беспокойство делало ее раздражительной; все обращались с ней крайне осторожно, так как она быстро взрывалась. Однажды Фрэнсис услышала, как старшая медсестра говорила одной из коллег: «Она неприятный человек, эта мисс Грей. Ты видела ее глаза? Совершенно холодные.
Я не могу ее понять. Но она невероятно работоспособная. Этого у нее не отнять. Иногда я не знаю, что бы делала без нее».
У Фрэнсис не было ни одной подруги среди медсестер; впрочем, ее это не сильно волновало. Лучше всего она ладила с Дианой, хотя та и не одобряла ее отношений с женатым мужчиной. У Дианы был такой же несентиментальный, практический тип характера, как и у Фрэнсис, и они испытывали друг к другу определенное расположение.
