Она смотрела по сторонам; над ней проплывало прозрачное голубое небо с длинными перисто-слоистыми облаками, а впереди простирались долины и голые плоскогорья. Повсюду царила почти болезненная уединенность, которую сохраняла эта местность. То и дело мелькали заливные луга, колыхавшиеся на ветру и блестевшие серебром под солнечным светом.
Как я все это люблю, подумала Фрэнсис почти с изумлением.
Супружеская пара на деле оказалась мелочной, так как они высадили Фрэнсис в самом низу полевой дороги, ведущей вверх, к Уэстхиллу, не предложив довезти ее до места, что заняло бы не более трех минут.
Так что пришлось идти пешком с чемоданом под палящим солнцем. Дорога, правда, не была крутой, но постоянно шла в гору, и Фрэнсис очень быстро запыхалась. Справа и слева от дороги, насколько хватало глаз, простирались пастбища для выпаса овец. Многие животные собрались в тени деревьев. Они лежали в траве с закрытыми глазами. Лишь одна овца лениво поворачивала голову, когда Фрэнсис останавливалась через каждые несколько шагов и вытирала пот со лба.
Чемодан, который сначала показался ей легким, был на удивление увесистым, и, кроме того, Фрэнсис была тепло одета. Когда она ночью покидала дом, было значительно прохладнее. Неужели эта дорога всегда была такой долгой?
Но вот уже последний отрезок пути; она шла все быстрее и быстрее и уже вскоре оказалась во дворе перед домом. Бросила чемодан и помчалась к входной двери.
— Мама! Отец! Это я, Фрэнсис! Я вернулась!
Дверь была открыта — здесь никогда не запирали двери.
Фрэнсис вошла в прихожую. Ее встретила сумеречная прохлада. И полная тишина.
Она прошла по всем комнатам на первом этаже, но там никого не было. Только Молли лежала в столовой на своей подстилке. Услышав шаги, она в ожидании подняла голову, но когда увидела, что это не Джордж, которого она ждала день и ночь, а всего лишь Фрэнсис, надежда в ее глазах погасла. Она не встала, хотя и завиляла хвостом — несколько разочарованно, но вежливо. Фрэнсис подошла и погладила ее.
— Молли, куда все делись? — спросила она. — Кажется, вообще никого нет дома!
Молли похлопала хвостом по полу и снова положила голову между передними лапами. Фрэнсис выпрямилась и пошла на второй этаж, но и там никого не было.
— Все исчезли, — пробормотала она. — Странно… Даже бабушки и Аделины нет!
Затем она вспомнила, что оставила чемодан на солнце перед домом, и оттащила его наверх, в свою комнату.
Здесь ничего не изменилось.
