Была замужем за принцем, потом за кинозвездой – мужчины считают, что я слишком богата и им не по средствам. Может быть, Париж – лучший выход для меня. Я знаю, что Клод насквозь фальшивый. Пускал мне пыль в глаза своим ухаживанием, только чтобы я подписала с ним контракт. Хочет сделать на мне деньги. Ну и что? Что я теряю? От меня же не убудет.
– Но ты же еще так мало была в Нью-Йорке – почему не испытать шанс?
– Я слишком хорошо известна. Ничего нового в моей жизни не предвидится. Ну ладно, возьмут еще в одно шоу, но хорошей роли опять не дадут.
А потом что? Как манекенщица я тоже не бог весть что. Денег, которые я получаю в виде алиментов, мне хватает, но меня уже тошнит и от «Марокко», и от «Аист-клуба», и от одних и тех же приевшихся физиономий. А тебя разве нет? Или тебя все еще несет на крыльях вечной любви и преданности Нью-Йорку?
Анна отрицательно покачала головой.
– Нет, я стала как-то равнодушнее к этому городу после того, как уехал Лайон. Я прочла в «Тайме», что его книга выходит через месяц.
Вероятно, сейчас он работает над второй.
– Ты была с кем-нибудь близка за это время?
– Нет, я не могу. Понимаю, это звучит глупо, но я все еще люблю Лайона.
Анна
январь 1948
В день своего отъезда Клод закатил трехчасовой завтрак в «21». Когда приехала Анна, все было в самом разгаре: на столе возвышалась большая банка иранской паюсной икры и неизбежное в таких случаях шампанское в ведерке со льдом. Сияющая Дженифер выступала в роли радушной хозяйки стола перед Клодом, его приятелем Франсуа и еще одним человеком, которого Анна раньше не встречала.
– Меня зовут Кевин Гилмор, – представился незнакомец.
Дженифер улыбнулась.
– Ты, Анна, наверняка слышала о Кевине Гилморе. Он – владелец фирмы «Гиллиан Косметикс».
– Конечно. У вас отличная продукция. – Она положила себе еще икры.
– Вы тоже собираетесь в Париж? – спросил он.
– Нет, это Дженифер не терпится стать новой сенсацией Франции.
– Она возьмет Париж штурмом, – сказал Клод с сильным акцентом. – Но пожалуйста, Анна… я целиком полагаюсь на тебя в том, чтобы она села на пароход.
Она должна быть там к концу месяца.
Весело расхохотавшись, Дженифер крепко прижалась к Клоду.
– Я буду там сразу же после того, как получу паспорт и кое-что улажу.
– Ну разве это не замечательно? – обратилась Анна к Кевину, стараясь скрыть, что она не испытывает никакого энтузиазма по этому поводу.
– Да, вероятно. У вас свои зубы?
– Что-о?
– Свои? Или вставные?
Анна улыбнулась. Его прямота обезоруживала.
