— А ты каменный и бесчувственный! Всё ты видишь, но предпочитаешь издеваться надо мной! — всхлипываю. А потом кусаю губы, замолкая.
Дура!
Какая я дура, и правда идиотка.
Зачем я ему об этом сказала?
Это унизительно.
Если он сейчас меня оттолкнёт, я сгорю со стыда. Упаду ниже некуда.
Зажмуриваюсь, пытаясь сдержать горячие слезы. Расплакаться сейчас при нем будет полное дно. Всхлипываю, разворачиваюсь и иду вперёд. Я даже не вижу, куда иду и зачем. Нет, я хочу сбежать и не хочу, чтобы он меня догнал. Просто хочу избежать этого унижения.
Рыдаю, утирая слёзы, всё расплывается перед глазами.
— Лиза! — он догоняет меня, хватая за плечи, и разворачивает к себе.
— Не трогай! Отпусти, — взмахиваю руками, пытаясь оттолкнуть Вадима, а он не отпускает. — Да не трогай ты меня! Забудь всё, что я сказала! Это неправда! Да, соврала, как ребёнок! — к горлу подступает ком, и я уже не могу сдерживать рыданий. Мне так больно и унизительно, что нечем дышать.
Довлатов сначала отпускает меня, но не успеваю я отшатнуться от него, как он обхватывает мой затылок и дёргает на себя, впиваясь в губы.
Грубо, резко, жадно сминает мои губы.
Замираю, чувствуя, как подкашиваются ноги, и начинаю оседать, но сильная мужская рука не позволяет мне упасть, вжимая в тело. Его запаха так много, он дурманит, и я уже сама на эмоциях и эйфории, обхватываю его шею, царапая ногтями затылок. Всхлипываю в желанные горячие губы, пытаюсь отвечать. Но куда там. Я полностью в его власти. Горячий язык проникает глубже, зубы кусают меня, тут же зализывая укусы.
Дыхание Вадима так же рвётся, как и моё. Рука на моей талии смещается ниже и сжимает отшлёпанную попу. Постанываю, откидываю голову и тут же льну к Вадиму.
Всё заканчивается так же стремительно, как и началось. Вадим замирает, его горячее тело каменеет. Он не отпускает меня, прислонясь лбом к моему лбу. Мы судорожно дышим и молчим, обжигая друг друга горячим дыханием.
— Я не солгала… — шепчу ему.
— Я знаю, малыш.
От его хриплого «малыш» у меня что-то взрывается внутри и разливается по телу эйфорией.
«Мелкая» и «малая» звучит как издевательство. А «малыш» – как что-то настоящее.
— Я всё вижу и всё знаю. Но…"
"И вот пресловутое «но» ранит похлеще самого острого лезвия. Я не хочу слышать никаких «но». Но я слушаю. Потому что всё сказала, и решение остаётся за ним.
Глава 6
Елизавета
— Пойдем в машину, — выдыхает Вадим, берет меня за руку и ведет за собой.
Я иду, ничего не соображая.
