Суетится, натягивая свитер, но продолжает допрос:
— И как тебе удалось добиться внимания самого Марка Яковлевича? Он же с высоты своего адвокатского Олимпа никого не видит?"
"— Жениться ему предложила. На полном серьезе.
— Брешешь! — забывая о такте, выражается подруга, заглядывает ко мне в ванну.
— Два раза, — и глазом не моргнув смотрю на ее удивленную физиономию через зеркальное отражение, смываю пену.
— Сдалась ты ему, ага… кто ты и кто Лютольф…
— А я тебе что, мышь серая? Почему мое предложение о браке не может быть правдой? Вдруг Марк согласился?
С каменным выражением лица подшучиваю над Верой и тянусь к полотенцу.
Девушка, растерявшись, хлопает ресницами, невнятно бормочет, поправляет очки. Подруге еще целый день трудиться в лаборатории, поэтому решаюсь приоткрыть завесу интриги, чтобы Вера остаток времени голову не ломала. Не фантазировала.
— Посуди сама у Марка десятки клиентов и в рекламе он не нуждается. Его телефон ежеминутно разрывается, и мои настойчивые звонки были не исключением.
Лютольф отдыхал в Англии, когда я пыталась до него достучаться. Вот чтобы случилось, услышав адвокат в трубке мое нытье про дочь? Не глазей… Послал он меня. Сказать куда?!
— На Кудыкину гору?
— Нет, Вера, похлеще, — встряхнув руками, шагаю из ванной. — Знаешь, Лютольф не актер и не певец, чтобы страдать от назойливых фанаток. А здесь такой интерес. Тайная поклонница. Могу, на что угодно поспорить — Марк сохранил мой номер в записную книжку давно, когда еще был за границей.
— Во дела… на эффект неожиданности зацепила Лютольфа?
— Это только начало. Ты, кажется, опаздывала.
Самодовольно дотрагиваюсь подбородка Веры и закрываю ее разинутый рот. Подруга вздрагивает, приходит в себя, продолжает сборы. Я упираюсь в дверной косяк, наблюдаю за суетой, контролирую, чтобы заполошная Вера ничего не забыла. У нее часто такое бывает.
— Когда-нибудь я обязательно разработаю эликсир молодости, — обувается на пороге. — Из стволовых клеток. Лет через пять, может быть.
И Самсонов мне указ. Пусть только попробует присвоить открытие себе! С потрохами сожру!
— Вер… — в который раз ставлю заезженную пластинку, — а в вашей лаборатории не могли ошибиться? Специально подменить материал перед исследованием на родство Олега и Стеши?
— Ты что! — резко выпрямляется, берет с вешалки пальто. — Это уголовно наказуемо и… Насть…я лично перепроверила информацию. Олег не отец Стефании.
— Бред… — запрокидываю голову от нахлынувших слез.
