Как знать… Может быть, Влад в тот вечер справился без него намного лучше.
Стоило завести машину, как тут же появилось неуемное желание нестись в отдел, не обращая внимания на светофоры. Быстрей, быстрей загрузить себя по полной, найти выход из сложившейся ситуации. Словно отвечая его немым мольбам, заиграл сотовый, уведомляя о входящем звонке. Дежурка.
– Александр Павлович, тут… – услышал он растерянный, запинающийся голос дежурного, – тут… это…
– Говори давай быстрее, – уже предчувствуя, что сейчас услышит, взревел Воронов, и шокирующий ответ не заставил себя ждать:
– Тут за Демидовым… пришли…
***
Тогда-то, в последовавший за звонком сложный во всех отношениях период следственных мероприятий и оценил Воронов всю суть поговорки: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей».
Как и ожидалось, реакция на известие о задержании вероятного подозреваемого, действующего сотрудника правоохранительных органов, был сродни эффекту разорвавшейся бомбы. Сразу же нашлись скептики, усомнившееся в честном и непредвзятом ходе расследования, уверенные в том, что менты «своего» обязательно отмажут.
Соваться к кому-либо с деньгами, хоть и большими, было рискованно и неоправданно. Вдруг кто-то захочет на фоне громкого скандала сделать себе имя «самого неподкупного» следователя."
"Вся надежда у Воронова оставалась именно на дружеские связи, незаметные постороннему взгляду попытки найти лазейки в сплетении, казалось бы, неопровержимых улик, доказывающих хладнокровность и жестокость убийцы, «белизну» и «пушистость» погибшего.
Вездесущие журналисты, неистово радеющие за справедливость, почему-то скромно умалчивали о том, что, положа руку на сердце, и сам Ковылев был далек от идеала, каким его представляли в СМИ – послушный и любящий сын, надежда и гордость семьи. Но следаки, слава богу, работали на совесть.
– Ксения Демидова была не первой жертвой погибшего Ковылева и его дружков, – Черкасов постоянно держал Воронова в курсе дела, не задавая лишних вопросов о том, зачем ему это нужно. Для него было достаточным основание, что начальник искренне переживает за своего подчиненного, поэтому и интересуется малейшими нюансами дела.
– За последние два учебных года в их классе было три новеньких ученицы, две из которых тут же перевелись в другие школы. Заметь, не классы, полностью школы сменили. Мы нашли и опросили их. Одна даже писала на них заявление, но в итоге пошли на мировую.
– На «них»?
– Ковылев, Курбанов, Решетов.
– Что там было?
– Похоже на случай с Демидовой.
