Девчонка даже представления не имеет, что за такие фокусы можно запросто огрести целую кучу серьезных проблем, из которых не так-то легко выбраться. Ну, ничего, он ей все объяснит…
Демидов ворвался в комнату к девушке так, что дверь отбила чечетку по стене, одним рывком раздвинул шторы, разгоняя утренний полумрак, царивший в спальне, и, искусственно разжигая в себе злость на Ксюшу, ринулся к кровати. Не верилось, что она и вправду хотела его убить, но, как говорится, улики налицо. Вряд ли бы, конечно, она смогла причинить ему серьезный вред, но некоторое расстройство здоровья на непродолжительное время ему было бы обеспечено.
Хорошо, хоть не додумалась травануться сама.
– А ну вставай! – Влад грубо сдернул ее с кровати, усадил на постель, склонился к самому лицу и громко спросил: – Что за хрень ты приготовила, а?!
Ксения непонимающе огляделась, пригладила растрепавшиеся во сне волосы и, видимо, что-то все-таки вспомнив, резко отшатнулась от опера, глыбой нависшего над ней.
– Я тебя еще раз спрашиваю, что за хрень ты приготовила? – его голос стал тише, но рука легла сзади на девичью шею и крепко сдавила, губы растянулись в ухмылке. – Ты меня, что, отравить хотела?
Под его пристальным взглядом Ксюше захотелось съежиться, превратиться в маленькую невесомую песчинку и исчезнуть из этой жизни, спрятаться где-нибудь в другой, параллельной вселенной. Тяжелое давление на шею пугало. Один раз он ее уже ударил, просто за то, что сказала слово поперек. А что будет сейчас? За то, что пыталась его отравить? Господи, ну как она могла уснуть вчера? Как она, вообще, могла придумать такое? Как?!
– Ну что молчишь? – он снова усмехнулся, глядя в ее побледневшее личико, искаженное лихорадочным волнением.
– Признавайся… Хотела, чтобы я сдох, да?
Его тихий голос и улыбка не обманывали. Стало страшно до жути. Слезы уже подбирались к глазам, готовясь пролиться нескончаемым потоком, и девушка сдерживала их из последних сил.
– Я… я… – как же трудно было подобрать слова, чтобы оправдать эту нелепую выходку.
– Я… не хотела, – прошептала Ксения дрожащими губами. – Я… правда… не…
– Ты, что, в тюрьму загреметь решила? – уже без тени улыбки продолжил серьезно Влад, буравя ее тяжелым взглядом, не отнимая руки от ее тонкой шеи. – Я тебе это быстро устрою, – неожиданно он выпрямился и, мотнув головой в сторону двери, небрежно бросил: – Иди складывай свою стряпню в мешок.
– Зачем? – не поняла девушка.
