Само существование Бильдербергского клуба должно быть тайной.
– Тоже мне, тайна. О нем пишут все газеты мира.
– Это все глупые домыслы. Там нет ни слова правды. А деятельность клуба – самая большая тайна в нашем мире.
– Тебя могли убить, – упрямо повторил Эдгар.
– Поэтому, реально оценив опасность, я и позвал тебя."
"– Ты мог еще более реально оценить свое положение и следить за тем, кто именно возит вам обед, – все еще не мог успокоиться Вейдеманис. – Два китайца привозят заказанный обед из итальянского ресторана в Бруклине.
Абсолютно невероятный расклад. Я сразу понял, что нужно спешить на помощь. И побежал к твоему дому, успев позвонить тебе по телефону.
– Они намеренно рисковали, – задумчиво произнес Дронго, видимо, у них был срочный «заказ». Это, конечно, не тот киллер, которого наняли в Европе специально для меня. Скорее всего, эти китайцы выполняли «заказ» синьора Прасси. И очень торопились, поэтому пошли на такой опасный шаг. Кто следил за нашим домом в Бруклине, ты не обратил внимание?
– Семейная пара.
По-моему, итальянцы. Им лет по сорок пять, может, чуть больше. Муж сидел с аппаратурой, а жена ходила за продуктами. Видимо, они и вывели китайцев на вас. А твой старичок молодец – пристрелил эту стерву, которая расправилась с вашими охранниками, – похвалил Лоусона Эдгар.
– Какой он старичок, – усмехнулся Дронго, – он старше нас лет на десять, не больше. Через десять лет я напомню тебе эти слова. К тому же он в прекрасной форме.
– Нам еще нужно прожить эти десять лет, – вздохнул Вейдеманис, усаживаясь в кресло рядом с Дронго.
– Я начинаю жалеть, что вообще позволил тебе связаться с этим клубом и проводить это расследование. Хотя ты все равно бы меня не послушал. Но ведь ты с самого начала понимал, что это будет самое необычное расследование в твоей жизни. Почему ты согласился? У тебя есть гарантия, что останешься цел и невредим? Они настолько засекречены и настолько могущественны, что сразу после твоего расследования, причем независимо от того, будет оно успешным или ты потерпишь неудачу, могут принять решение о твоей ликвидации.
Зачем вообще ты поехал на встречу, уже примерно представляя, с кем именно тебе придется иметь дело?
– Наверное, тщеславие, – чуть подумав, признался Дронго. – Возможно, моему самолюбию льстило, что самая закрытая организация в мире решила доверить свое расследование именно мне. Это как особый знак отличия. А может, потому, что я ничего другого не умею делать.
