Пусть они наконец поймут, что для расследования эксперту нужна более полная информация.
– Когда вы сообщали о своих выводах господину Лоусону, мог еще кто-нибудь вас слышать? Например, один из охранников, которые вас охраняли? – уточнил Джордж.
– Никто, – ответил Дронго, – в нашей комнате на втором этаже никого не было, а с первого наш разговор просто не могли услышать.
– Может, вы сами кому-то рассказывали о своих выводах?
– Нет, – не колеблясь, произнес Дронго. Ни секунды запинки, хотя один посторонний человек, не посвященный в тайны клуба, все-таки был.
Он рассказывал о своих выводах Эдгару Вейдеманису. Но ему он верил как себе и не хотел называть его имени в этом доме.
– А кому вы сообщили об этом? – спросил Джордж, обращаясь к Лоусону.
– Начальнику службы безопасности нашего клуба, – ответил тот, – только ему и никому больше.
– Герр Ульрих Шефер, – громко назвал его имя хозяин дома. – Он достаточно выдержанный, проверенный и надежный человек. А вы как считаете?
– Более чем, – ответил Лоусон.
– Я знаю герра Шефера уже много лет. Он скорее проглотит свой язык, чем сообщит кому бы то ни было какую-нибудь информацию. Вы же его тоже знаете.
– Знаю. – Джордж задумался. Затем решительно поднялся, подошел к столу, посмотрел на лежавший на столе телефон, но не стал никуда звонить. Просто посмотрел на аппарат и вернулся на свое место.
– Что было дальше? – уточнил он.
– Два убийства подряд, – понизив голос, произнес Лоусон. – В первом случае попытались отравить, выдавая это за обычное отравление, а во втором просто пристрелили, отправив мотоциклиста.
Господин Дронго прав, когда уверяет, что это была подозрительная торопливость. Но ничего другого мы не обнаружили.
– Кому он обычно передает информацию? – спросил хозяин дома.
– Этого я не знаю, – почти виновато ответил Лоусон.
– Да, я понимаю. – Джордж снова взглянул на лежавший на столике телефон. Но снова не стал его трогать.
– Неужели и сейчас вы считаете, что ваша непонятная секретность стоит жизней двух самых известных банкиров Европы? – возмущенно спросил Дронго.
– И как вы отреагируете, если в следующий раз убьют кого-то из этой семерки? Простите, уже пятерки. Вы можете представить, как именно упадут акции по всему миру или конкретный курс евро, если завтра неожиданно погибнет Баррозу или обстреляют машину мадам Лагард? Евро рухнет с такой скоростью, что даже сложно предугадать.
