Если прибавить к ним свидетельские показания Сальваторе, то будущее положение Прасси казалось более чем двусмысленным. Он категорически все отрицал, но ему было предъявлено нераскрытое дело с убитыми охранниками и китайцами плюс попытка похищения иностранного гражданина. На этот раз судья не сочла возможным отпускать его под залог. И удар судейского молоточка известил о том, что Альфредо Прасси взят под стражу прямо в зале суда и, несмотря на все угрозы и оскорбления в адрес судьи, прокурора, свидетелей и даже собственного адвоката, заключен в тюремную камеру.
Через месяц на состоявшемся процессе он получил двадцать шесть лет тюремного заключения. И хотя его адвокат почти сразу подал апелляцию, тем не менее это не помогло Прасси избежать реальной отправки в федеральную тюрьму, где он оказался в результате судебного приговора.
Глава 11
Через полтора часа они узнали, что с Лоусоном все в порядке и вся банда Джакомелли-Монаха схвачена в пятидесяти метрах от здания полиции. Двое из пятерых почти сразу согласились давать показания.
Дронго и Вейдеманис, вернувшиеся в «Бельведер», начали собирать свои вещи. Дронго позвонил Лоусону и сказал, что они готовы вылететь в Майами. Кевин перезвонил через пять минут и сообщил, что самолет будет ждать на небольшом частном аэродроме, но для этого им нужно выехать в Нью-Джерси. И еще предупредил, чтобы они сдали «магнумы» водителю, который отвезет их в аэропорт.
Ранним утром, когда на часах была еще только половина шестого, за ними приехала машина. Оба напарника расплатились за номер и, усевшись в автомобиль, отправились в Нью-Джерси.
А в одиннадцать часов дня в отель прибыли сотрудники ФБР, сумевшие проверить отпечатки пальцев и установить, что они принадлежат Эдгару Вейдеманису, который был зарегистрирован в отеле «Бельведер». Но к этому времени оба напарника были уже в воздухе. Подлетая к Майами, капитан самолета сообщил, что температура воздуха во Флориде – плюс тридцать девять градусов по Цельсию. Услышав это, Эдгар изумленно посмотрела на друга:
– Хорошо, что мы недолго останемся на этом полуострове.
Я бы здесь сварился под таким жарким солнцем.
– Глупости, – благодушно ответил Дронго, – тридцать девять – совсем немного. У нас в Баку часто бывает такая температура. Немного тепло, но, в общем, ничего особенного. Не забывай, что температура тела человека тридцать шесть и шесть. Я помню, что в Испании была температура сорок четыре градуса, и я с удовольствием ходил по пустым улицам Валенсии.
