Что на спине, что на животе лежать ему было неудобно. И уснула.
Глава 14
Куда идем мы напролом, дорогой дневник, большой-большой секрет"
"Я проснулась ночью. От стона. У Лео был жар, что не удивительно. Он бредил и нёс какой-то не связный бред: «Нет! Я не могу! Только не это!» и что-то неразборчивое дальше.
Воды у меня не было, чтобы обтереть. Всё, чем я располагала — это руки. К счастью, без пузыря Лео, да ещё и на голой земле, было довольно прохладно, поэтому руки были холодными. И мне их спереди связали, на счастье Леонарду.
Не знаю, насколько я смогла его охладить, но сама согрелась.
К сожалению, проснулась не только я, но и физиологические потребности. Чахлые лучи ночных светил чуть пробивались сквозь кроны. Родонцы спали. И даже их дозорный клевал носом, сидя у ствола. Будь у меня кинжал, я, наверное, даже могла бы сбежать.
Но, во-первых, вряд ли далеко.
Во-вторых, кинжала не было.
В-третьих, куда я без Лео? Даже если закрыть глаза на привязанность и чувство долга, куда я реально пойду без Леонарду и как долго без него протяну?
Поэтому я только до ближайших кустиков.
Надеюсь, все обладатели рук уже спят.
Передвигаться со связанными ногами было ещё менее удобно, чем стягивать штаны связанными руками. Но самая большая проблема оказалась не в этом! Потому что со связанными ногами миссия, ради которой я отправилась в ночной вояж, была практически не выполнима!
Но я справилась!
Правда, выбравшись из-за кустов, я поняла, что в лесу слишком много деревьев, а у меня обнаружился пространственный дебилизм.
Или топографический кретинизм?
Впрочем, в моём случае это одно и то же.
Я просто забыла, куда идти!
Первым делом я впала в панику. А если родонцы подумают, что я сбежала? Если их караульный сейчас проснётся и пойдёт проверять пленных?
Ладони покрылись липким потом, но тут я услышала стон. Даже без сознания, Лео умудрялся меня спасать.
У меня появилось направление. И я помчалась в него со всех своих связанных ног.
Стоит ли говорить, что в итоге я споткнулась и приземлилась коленями на что-то мягкое, которое дёрнулось и заорало голосом Леонарду та Бертану?
Часовой что-то рыкнул в нашу сторону, родонцы недовольно загомонили, и я «затшикала», пытаясь сползти с отдавленного сокровенного и наощупь проверяя, не пострадали ли от моего на-падения свежие раны.
— Поля⁈ Полечка, это ты?..
Я выдохнула. Он пришёл в себя!
— Т-ч-ш-ш-ш… — Я приложила палец к губам, а потом провела рукой по его лицу.
