Родонцы фантастическим образом роднились с нашими азиатами не только с лица, но и дизайнерскими мотивами. Удивительно, как похожи культуры в здесь и у нас! С другой стороны, если кто-то может путешествовать между мирами, отчего бы не завести к себе домой чужие моды?
Хотя кимоно — это настолько просто и универсально, что почему бы не изобрести его самим?
От мужика веяло силой и властью. Сто процентов ‑ здешний начальник. Черты лица идеальны, как у дорамных звёзд. Но в мимике, как в камне, отпечаталось высокомерие и жестокость.
Длинные волосы были уложены в гладкую причёску с фигулькой на темечке. Полы черного кимоно, расшитого зелёным драконами, развевались от стремительной походки.
Родонец гаркнул что-то вроде «худу муду хана хагить тан» или что-то такое. Не успела запомнить. Я, дорогой дневник, вообще на слух с трудом незнакомые слова вычленяю.
Конвоиры-охранники вытянулись во фрунт.
Рудокопы вжали головы в плечи.
Ша сказала своё веское «Ш-ш-ш-ш-а-а-а», истеричка чернохвостая.
Длинношеее чудовище.
Всегда хотела использовать это слово в своей речи, дорогой дневник, и тут такая возможность!
Судя по тому, что неразбериха внизу остановилась, как стритрейсер перед бетонной стеной, начальника здесь боялись сильнее, чем Шу. Он жестикулировал и распоряжался на каркающем наречье. Конвоиры стали выталкивать работяг вперёд часть. Некоторые вопили от ужаса, но шли. Другие просто молча выходили с лицами обречённых на смерть. Видимо, ими рассчитывали откупиться от чудища. На девственниц мужики не тянули, но кто знает кулинарные предпочтения Ши?
Я непроизвольно повернула к ней голову.
Она повернула голову ко мне.
Жуткую толстогубую морду, выражением напоминающую глубоководно-депрессивную рыбу-каплю.
— Ш-ш-ш-ш-ша-а-а! — гневно прошипела она, глядя мне прямо в глаза.
Я снова будто закаменела, и в глазах пошла рябь. И в этот момент будто встряхнуло. И Каплю Шу тоже. Теперь она смотрела на меня, как загипнотизированная.
— Чего ты на меня уставилась! — испугалась я. — Смотри, какой вон там фрукт чистенький.
— Я ткнула пальцем в красавчика-родонца. — Так и просится в рот!
Я быстро кинула взгляд на Лео, не подумал и он чего-нибудь не того. Но Леонарду, подозреваю, даже не слышал, что я что-то говорила. Он был как взведённая пружина, и вдруг весь расслабился. Я проследила за его взглядом.
С тихим скрежетом чешуй о камни Ша ползла по склону прямиком в направлении родонца-начальника.
— Бежим! — Спутник потянул меня вверх по склону.
