А она так надеялась! Желание найти раян стало для Оникс навязчивой идеей.
– Птиц и поисковых отрядов мы будем отправлять столько, сколько ты посчитаешь нужным, Оникс. А теперь иди ко мне.
– Ран!
Она возмущенно топнула ногой, заслужив еще один голодный взгляд.
– Нет? – изогнул черную бровь. Оникс упрямо качнула головой. – Хорошо. – Он неторопливо развязал шнурок на своих широких штанах, приспустил их, не спуская с нее глаз. – Уверена?
Оникс стало нечем дышать, и даже легкое шелковое платье показалось тяжелым. Захотелось избавиться от него.
У аида не существовало табу или запретов. И не было ни капли стеснения. Он делал то, что хотел, нарушая все нормы приличия и раз за разом провоцируя Оникс.
– Нет?
Он повторил вопрос, насмешливо и жадно глядя ей в глаза. И Оникс сдалась.
Сверкнула глазами, а потом медленно подошла, качнув бедрами.
– Не знаю… надо подумать.
Оникс лукаво улыбнулась. В конце концов, играть в эти игры она тоже научилась. У нее был отличный наставник. К тому же в ней текла горячая кровь раяны.
И еще она любила этого мужчину.
Ран рывком дернул ее к себе, забираясь ладонями под длинный подол, торопясь добраться до кожи. Коснулся горячими пальцами внутренней стороны ее бедра, вскинул голову.
– Значит, нет? – усмехнулся он. Нательных лент на Оникс не было.
– Слишком жарко, – отбила раяна. Она оперлась на его плечи, дразня и соблазняя. Ран не двигался, позволяя ей вести в этой игре, лишь смотрел в синие глаза.
Оникс опустилась, тихо застонала. Приподнялась и снова опустилась, наслаждаясь и ощущениями, и его хриплым дыханием, и голодом во взгляде.
Вверх и вниз. Вверх и вниз… скольжение и толчки, нежные губы, сильные руки… Вверх… и вниз.
– Оникс, – он замер на миг перед самым взрывом, разорвал поцелуй, чтобы увидеть ее затянутые дымкой наслаждения глаза. – Пожалуйста… – просить он так и не научился. Но ради этого желания был готов на все. – Оникс. Подари мне дочь.
Вверх и вниз. И столько внутри нежности и любви, что хочется плакать. Близость – лишь возможность что-то сказать… Иногда то, что не могут произнести губы.
Надо только услышать.
– Чтобы ты перерезал всех, кто на нее посмотрит? – дыхание одно на двоих…
– Чтобы стать еще счастливее…
Сплетенные пальцы, соединение телами… или душами? На груди Рана до сих пор сизый рисунок – словно отпечаток лозы, обвивающей шрам.
И взрыв наслаждения – тоже один на двоих.
– Кажется, ты придумал новый способ привязать меня к себе? – Оникс нежно поцеловала его в губы, не спеша менять позу.
