– А это что за лейтенант рядом с тобой?
– Мой помощник, Андрей Зиняков, – растерянно отозвался Бажан.
– Такой должности не предусмотрено. Он кто? Начштаба, комиссар или ординарец?
– Ну… вроде начштаба.
– Справляется со своими обязанностями?
– Вполне. Грамотный, смелый командир.
– Так чего ты переживаешь? Лечись и назначай временным командиром отряда товарища Зинякова.
Журавлев и Кондратьев через особиста Авдеева и его агентуру прекрасно знали обстановку в отряде «Сталинцы». Им было известно, что от настоящего разгрома остатки отряда спасли энергичные действия лейтенанта Зинякова.
Капитан Журавлев брал быка за рога: требовалось срочно убирать вялого, потерявшего всякую инициативу Илью Бажана и помочь лейтенанту.
– У нас в санчасти и полечишься. Такого заслуженного человека мы потерять не имеем права.
– Нет, мне отрядом командовать надо, – упрямился «Карп Иваныч». – Перед райкомом партии ответ держать.
Разговор с Бажаном был продуман заранее. Вмешался особист Авдеев. Он ронял короткие жесткие фразы, от которых Илья Бажан почувствовал себя совсем неуютно:
– Вам не только перед райкомом отвечать.
Бездействие погубило отряд. Вы распустили людей: пьянство, связь с полицаями. Погибло более ста партизан, женщины, дети. Пахнет трибуналом. Если бы не контузия, я мог бы арестовать вас немедленно.
Переговоры закончились тем, что Илья Бажан написал приказ о назначении лейтенанта Зинякова Андрея Викторовича временно исполняющим обязанности командира отряда «Сталинцы» в связи с необходимостью лечения.
Приказ готовился здесь же, на месте встречи. Бажан, опытный хозяйственник и партиец, обдумывал каждое слово, опасаясь будущей ответственности. Опасаться было чего. Он был назначен командиром партизанского отряда районным комитетом партии по согласованию с обкомом. Порученное задание он провалил. Отряд не сыграл никакой роли в борьбе с немцами, и Бажан лихорадочно искал выход из сложившегося положения.
Журавлев его успокаивал:
– Полечишься, придешь в себя, а товарищ Зиняков будет решать все дела по укреплению отряда.
– Временно, – тут же вставил Бажан.
– Не цепляйся ты за слова, – не выдержал особист Авдеев. – Наворотил дел, сколько людей погибло. Спасибо скажи, что камень с шеи снимаем. Нам недолго с подпольным обкомом связаться. Тогда с тебя спросят уже по-другому."
"– Я младшего сына с собой возьму, – понемногу сдавал позиции Илья Бажан. – Ему всего девять годков, пусть при мне остается.
– Забирай, – согласился Журавлев.
