– Там все ужасное! Я не могу находиться с ним в одной комнате… А всякий раз, когда смотрю на него, то вижу, что он – это не ты! И от этого мне делается еще муторнее…
Сол мысленно представил себе, как они с женой трапезничают в Жасмин-Хаусе. Сидят за длиннющим столом, уставленным всевозможными яствами, с самой изысканной сервировкой, с обилием серебра и дорого фарфора, сидят и молчат. И в такие минуты он бы променял все на свете за возможность снова оказаться за столиком в дешевом лондонском кафе, в котором они сиживали вместе с Дот, только затем, чтобы поговорить по-человечески.
И даже сырой, промозглый, сумрачный Лондон его бы не испугал… А потом перед его взором предстало широченное супружеское ложе, постельное белье из тончайшего египетского хлопка, а он крутится, переворачивается с боку на бок на краю кровати в ожидании того, когда же наконец его жена заснет и он сможет без помех предаться воспоминаниям о тех счастливых минутах, которые он провел, лежа в одной постели с Кловер.
Он снова и снова перебирает в памяти каждое сказанное ею слово, каждый ее жест, ее смех, ее волосы… Словно все это навечно отпечаталось в его мозгу.
– Так твой муж знает, что ты здесь? – спросил он, отрываясь от своих невеселых мыслей.
Дот еще сильнее прижала голову к его груди.
– Конечно! Ведь это он купил мне билет до Сент-Люсии, сказал, что я должна разобраться со всем и решить для себя, как мне жить дальше. Он сказал, что мы с ним живем сейчас не по-людски! Так нельзя жить! Это несправедливо ни по отношению ко мне, ни по отношению к нему.
И тут он абсолютно прав!
– Я ему страшно благодарен! Звучит дико, но это так… Хотя, возможно, при личной встрече я бы с удовольствием набил ему морду уже только за то, что он на тебе женился. Впрочем, какое я имею право?"
"– Все так, Сол! Права у тебя такого нет. К тому же он, в сущности, неплохой человек. Просто он – это не ты, и в этом вся беда. Именно в этом он и виноват предо мной, а больше ни в чем… Не поверишь, но мне даже жаль его… Бедный парень! Влип так влип! Ах, Сол! Все так запутано, все так сложно в этой жизни…
– Это правда! Кругом неразбериха! Но одно я знаю наверняка… Я люблю тебя, Кловер! Я все боялся, что просто выдумал эту любовь, что нет никаких таких особых чувств, которые связывают нас с тобой… Дескать, пустые фантазии, плод воображения.
К тому же я переживал, думал, что ты возненавидела меня за то, как я повел себя, уехал, не сказав ни слова.
